— Но там все были мне своими!
— Отлично сказано, — одобрила Катарина и многозначительно взглянула на мужа. Туан кивнул и снова повернулся к племяннику, обнажая меч.
— Эй–эй, брат! — крикнул Ансельм, кладя руку на эфес собственного меча.
— Ты ведь будешь его поручителем, не так ли? — спросил Туан.
— Поручителем? Что за… ?
— Уверен будет, — вмешался Диармид, — так же как и я.
— Тогда преклоните колени, сквайр Джордж. Джорди скривился, но у него хватило здравого смысла не протестовать против употребления его полного имени, когда он встал на колени.
Туан коснулся повёрнутым плашмя лезвием меча его левого плеча, а затем проведя им по дуге над головой Джорди коснулся клинком и правого со словами:
— Отныне я провозглашаю тебя рыцарем. — А затем поднял меч и шагнул ближе и стукнул племянника так, что у того качнулась голова.
Сквозь звон в ушах Джорди услышал слова своего короля:
— Встаньте, сэр Джордж, и будьте столь же верным, каким и были, верным и человеку, и господину навеки вечные.
Ошеломлённый Джорди встал, а Ансельм заикаясь вымолвил:
— Брат… моя королева… никак не думал…
— И напрасно, — попеняла ему Катарина. — Мы повторим сию церемонию с большей пышностью, но она ничуть не изменит его благородства. — И попросила уже Джорди. — Привези как можно скорее свою жену познакомиться с нами.
— Ваше Величество, — ответил сглотнув Джорди. — Обязательно привезу.
— Нужно обдумать ещё одно дело, мама, — сказал Диармид.
— Да, сынок? — нахмурилась Катарина.
— Он доказал свою смелость, но также и заботу о своих людях, — указал Диармид. — Могу я предложить дабы его удостоили более высокого звания, чем рыцарское?
— Вот как! — молвила Катарина. — И чьи же владения он должен будет получить — твои?
— Именно, — подтвердил Диармид. Катарина ошеломлённо воззрилась на сына.
— Ты действительно желаешь проводить дни среди книг, не так ли? — улыбнулся Туан.
— Управление герцогством отнимает столько времени, — пожаловался Диармид.
— Будьте уверены, сэр, я не позволю вам попусту терять время! — негодующе заявила Катарина.
— Однако, — сказал Туан, — есть и другие обязанности кроме герцогских, какие способен выполнять наш Диармид, мало кто ещё справится с ними.
— Ваши Величества — я явился сюда не добиваться предпочтения, — возразил Джорди.
— Да, ты явился сюда послужить своей королеве, — сказала Катарина, — и именно так и поступил. — Она нахмурясь повернулась к Ансельму. — Я не могу восстановить в правах лишённого их изменника, пусть даже и доказавшего свою верность — но могу вернуть сыну звание, которое должно было достаться ему по рождению. — Она повернулась к Джорди. — Преклоните колено вновь, сэр.
Ошеломлённый Джорди преклонил.
Катарина шагнула вперёд и положила руку на голову племянника.
— Будьте же отныне столь же верны и преданны короне и народу, каким показали себя сегодня — но когда в следующий раз сочтёте, что закон несправедлив, то обращайтесь к своей королеве! — Она убрала руку. — Встаньте, герцог Логайр.
Когда изумлённый и вытаращивший глаза Джорди встал, Ансельм заикаясь вымолвил:
— Ваши Величества… заверяю вас, я никак не ожидал…
— Хватит и простого «благодарю вас», Ансельм, — усмехнулся Туан.
Ансельм проглотил все ненужные слова, какие собирался сказать.
— Ваши Величества, благодарю вас от всего сердца!
— Но я не могу отнять у своего родича титул, так же как и его земли! — внезапно заявил Джорди. — Что бы ты почувствовал, кузен, если б я так поступил?
— Облегчение, — уведомил его бывший герцог. — Огромное облегчение.
Когда Род въехал в лес, вокруг него сомкнулись ели, скрывая из вида солнце — но поскольку был полдень, света просачивалось достаточно и видел он все очень даже хорошо. Было жутковато и одиноко; Род вздрогнул и понадеялся, что они с Вексом снова поедут по дубовым и ясеневым рощам. Оглядываясь кругом, он нахмурился.
А затем увидел медленно падающую на землю белую крапинку. Он моргнул не веря своим глазам — но все верно, вон ещё одна, и ещё.
— Векс, я должно быть ошибся — но готов поклясться, что вижу снежинки.
— Ты не ошибся, Род.
— Но как такое может быть? Ещё ж и октябрь–то едва начался!
— Возможно ранний снегопад? Я знаю, что когда мы прибыли к западным герцогствам местность, постепенно становилась все выше над уровнем моря; мы уже в четырёх тысячах футов[48] над ним.
Род задрожал и сказал себе, что это от холода. Он подышал на руки и потянулся за перчатками — но остановился; ему померещилось какое–то движение.
— Векс? Ты видел, что–то двигалось?
— Только снежинки, Род.
