Волшебник Севера полностью

Кроули наконец сдался и разразился громким смехом. Уилл беспомощно развел руками. Его бывший учитель обреченно пожал плечами и посмотрел на Кроули, потом наклонился вбок и дал ощутимый толчок самому старшему рейнджеру под ребра.

– Это не смешно! – воскликнул он.

– Да смешно же! Согласись, что смешно! Видел бы ты его лицо! – хватал воздух Кроули, потирая бок. – Ну что, еще куплеты есть?

Уилл задумался. Холт сердито посматривал на Кроули, и Уилл, даже несмотря на то, что теперь он был полноправным рейнджером, владельцем серебряного Дубового листа и формально ровней Холту, понимал, что продолжать было бы неблагоразумно. В высшей степени неблагоразумно.

– Мне кажется, мы слышали достаточно, чтобы составить мнение, – сказал Холт, оборачиваясь к трем небольшим палаткам, установленным как раз на границе отбрасываемого костром света. – Что скажешь, Берриган?

За палатками раздался какой-то шорох, а потом из-за них выросла фигура, ступившая в свет костра. Овчарка рядом с Уиллом медленно поднялась на ноги и тихо зарычала. Он успокоил ее жестом, и она снова села на землю.

Уилл узнал прихрамывающую походку незнакомца еще до того, как увидел шестиструнную гитарру в его руке. Он видел Берригана несколько раз до этого, в основном на ежегодных собраниях рейнджеров, когда тот развлекал своих товарищей. Берриган был вынужден оставить службу после того, как потерял левую ногу в ожесточенном сражении со скандианскими разбойниками. С тех пор он зарабатывал на жизнь, как музыкант и поэт, демонстрируя неординарный талант. Уилл подозревал, что время от времени он, пользуясь подходящим прикрытием, также добывает и сведения для рейнджеров.

Оказывается, бывший рейнджер слушал молодого и оценивал его выступление. Осторожно опустившись на землю возле костра и вытянув деревянную ногу, едва не запутавшуюся в траве, Берриган улыбнулся.

– Добрый вечер, Уилл, – поздоровался он, кивком указав на мандолу у Уилла на коленях. – Неплохо. Совсем неплохо.

На вытянутом лице Берригана с выступающими скулами и длинным, похожим на ястребиный клюв носом выделялись яркие голубые глаза и широкая дружеская улыбка. Волосы его были длинные, под стать его нынешнему занятию, как и одежда, украшенная ярким пятнистым узором, который словно переливался при движении. Уилл знал, что у каждого жонглера был свой набор цветов и узоров, и обратил внимание, насколько узор Берригана похож на узор плащей рейнджеров, хотя и более яркий по сравнению со стандартными невзрачными бурыми, серыми и зелеными пятнами рейнджерского плаща.

– Добрый вечер, Берриган. Рад встретиться, – ответил Уилл.

Потом в его голове промелькнула одна мысль, и он повернулся к Кроули:

– Кроули, а разве не будет разумнее поручить это задание Берригану? Он же все-таки профессиональный жонглер и, как мы знаем, регулярно выполняет поручения ордена?

Трое его собеседников обменялись взглядами.

– Хм. Значит, мы все знаем, вот как? – спросил Кроули.

– Ну ладно, не так уж и все, – небрежно отмахнулся Уилл. – Но он же выполняет поручения, верно?

Несколько секунд длилась неудобная тишина. Затем Берриган постарался разрядить создавшееся напряжение:

– Да, ты прав, Уилл. Я выполняю задания ордена, когда меня попросят. Но на этот раз я немного коротковат для такого задания. Примерно по колено.

– Но ты же выше меня… – начал было Уилл, но заметил, как многозначительно Берриган посматривает на свою деревянную ногу, и осекся. – Ох, ты имеешь в виду…

Он не мог подыскать нужного слова, чтобы не обидеть, но Берриган улыбнулся еще шире:

– Деревянную ногу, Уилл. Не стоит делать вид, что ее нет. Я привык. Судя по тому, что рассказал Кроули, для этого задания потребуются быстрые и крепкие ноги. А я, боюсь, уже не гожусь для длительных пробежек.

Кроули прочистил горло, радуясь, что неловкий момент остался позади.

– Но Берриган сможет сказать нам, годишься ли ты в жонглеры. Что скажешь, Берриган?

Тот склонил голову вбок, немного подумал и ответил:

– В целом играет он неплохо. Голос у него тоже хороший. В любом случае, сойдет для удаленных мест и сельских трактиров, в которых он будет выступать. Не знаю, как насчет замка Аралуина… – добавил он с усмешкой, заметив, как внимательно прислушивается к его словам Уилл.

Уилл усмехнулся в ответ. Он был рад, что его мастерство признали.

– Но его выдает отсутствие подготовки, – продолжил Берриган. – В нем легко разглядеть непрофессионала.

Кроули нахмурился:

– В каком смысле? Ты же говоришь, он неплохо поет и играет. Какая еще подготовка ему нужна?

Берриган не ответил и повернулся к Уиллу:

– Сыграй-ка нам еще, Уилл. Что угодно, только быстрее.

Уилл взял мандолу и…

И снова в его голове не оказалось ровным счетом никаких мыслей. Берриган развел руками:

– Вот так. Любитель всегда долго думает, когда его просят сыграть. Ты знаешь «Дженни из низин»? – обратился он к Уиллу. – «Катушку пряжи»? «Коббингтонскую мельницу» или «Южные стремнины»?

Он выпаливал одно название за другим, и Уилл угрюмо кивал каждому. Берриган ухмыльнулся и пожал плечами: