– Да. Уже несколько десятков лет. Увы, я переоценил своего друга. Таись, зараза такая, сам положил глаз на Мадалену. Он воспользовался тем, что я оставлял Мадалену в замке верховного вэари во время своих странствий по мирам, – и попытался ее соблазнить. Не получилось. Колдовство тоже не дало эффекта. Если человек действительно любит, любит всем сердцем, на него не подействуют ни приворотные, ни отворотные чары.
А Мадалена любила меня именно так. Тогда Таись решился на последние меры. В один из моих отъездов он инсценировал похищение Мадалены. А ведь она была простой смертной девушкой. И очень слабой. Вот что бы ты сделала, если бы тебя похитили и стали нагло домогаться?
Я задумалась. Ненадолго. И тихо напела врезавшиеся в память незамысловатые строчки:
– В неволе жить не буду, свобода на кону! Твердят, есть жизнь повсюду, нет жизни в плену!
– Ты бы боролась.
– Хвост даю на отсечение.
– У тебя же нет хвоста…
– Неправда, у всех людей есть рудиментарные хвосты, – возразила я, понимая, что Рону необходима шутливая нотка в этом, увы, необходимом разговоре.
– А где они расположены?
– Сейчас покажу, если ты перевернешься.
– Ну-уу, а не переворачиваясь можно показать?
– Можно, но сложно.
Процесс поиска хвоста затянулся минут на десять, после чего Рон пришел в норму и стал рассказывать веселее:
– Когда Таись похитил Мадалену, я ничего не заподозрил. И узнал, что и как произошло, только когда она умерла. С ней произошло почти то же, что и с Арэсти. Ее убили, разрушив и тело и душу.
– Зачем?
Я действительно не понимала. Ну, трахнул, ну и что? Разбежались, и все забыли. Тем более достаточно было оставить Мадалену в любом малообитаемом мире или в мире без магии, типа моего, или… Ну, могли, могли сделать так, чтобы ее никто и никогда не нашел! И без всякого убийства.
– Эти сто двенадцать вэари, солнышко, занимались вопросами вечной жизни. И для опытов им требовались все. Мужчины, женщины, люди, нелюди… Таись был связан с ними. И он всегда плохо переносил отказы. Мадалена смогла явиться ко мне только в последние минуты перед абсолютной смертью. Она рассказала, что Таись играл с ней пятнадцать лет. А когда она постарела, без всякого сожаления отдал на опыты. Я… Я просто взбеленился. И это еще мягко сказано. Мне потребовалось три года, чтобы мягко, не привлекая к себе внимания, выяснить, кто, что и как. Я сумел уничтожить их базу и их самих, но Таися оставил напоследок. И он успел нанести удар первым. Я не дался бы под арест. Мать Орланды, сейчас она уже сдохла, Беттина ан-Криталь, тогда уже жена Таися, пришла ко мне якобы для разговора. Я решил, что не стоит открывать ей глаза на подлость мужа, и действительно – не стоило. Она и так все знала. Не знал только я один! Слепой дурак! До сих пор помню, как она пришла ко мне в камеру.
