– Хотя наша малышка Мадлен способна и не на такое, – отсмеявшись, признала рыжая волшебница. – После того как я избавила ее от бородавок и гнилого зуба, подправила нос и ушки и снабдила отваром для густоты и роста волос, она стала настоящей красоткой и способна соблазнять и без помощи магии.
Мадлен позеленела от злости. Только хорошее воспитание не позволило ей вцепиться в волосы целительницы, но чувство такта второй раз изменило ей, и она ответила:
– К счастью, я никогда не страдала от недостатка пылкости. Чего не скажешь о некоторых из нас, вынужденных прибегать к эликсирам возбуждения страсти и заклинаниям смелости всякий раз, когда к ним в спальню стучится законный муж.
– Девочки! – ужаснулась Мари Лу, чуть не поперхнувшись веселящим зельем. – Да что вы такое говорите!
Я опасливо отодвинула свою кружку в сторонку, будто та была заражена вирусом чумы или гепатита. Хуже! Перед своим исчезновением Селена сварила сыворотку правды! Не хватало еще разоткровенничаться перед ведьмами о подмене и о своем мире.
– О, вы не видели обновленную Маргариту? Это просто театр и трубадуры! – поспешила перевести разговор Мелисса.
– Куда уж еще больше, – хмыкнула Мари Лу. – Каждое ее явление сродни целому представлению. Ей бы гетерой в Роме родиться, а не честное имя жены графа позорить.
– Так было раньше. Но сейчас нашу Марго не узнать. Такая скромница стала! Все свои блистательные наряды отдала – куда бы вы думали? – в монастырь! То-то монашки будут счастливы!
– Так что если увидите монашку в платье с вырезом до пупа, разрядившуюся как честная куртизанка, не спешите читать заклинания против бесов и разгонять морок, – хохотнула Мадлен.
– А сама наша скромная красавица полностью сменила гардероб. Теперь является на люди исключительно в глухих одеждах, застегнутая на все крючки, да еще и с перелиной, накинутой поверх...
– Не иначе как монашки на радостях пожертвовали, – хихикнула Аньес.
– ...Глаз от пола не поднимает, о флирте и не помышляет, любовникам всем отворот поворот дала и теперь блюдет чистоту и невинность, мужу на радость, всем на удивление. Один особо пылкий поклонник пытался на днях проникнуть к ней в опочивальню – потом искал ведуна, чтобы кости срастить.
– Неужели супруг, допущенный обратно на брачное ложе, с лестницы спустил?
– Куда там! Марго как к окну подскочила, так он сам с балкона сиганул. Ожидал теплого приема и томную красавицу в шелках, а увидел сушеную воблу без парика, в бабушкиных панталонах и с подсвечником наперевес.
– А ты-то откуда такие подробности знаешь?
Мелисса залилась краской и смущенно хихикнула:
– Так я ему перелом сращивала.
– И не только, надо думать, перелом, – усмехнулась Мадлен. – Небось и профилактику против преждевременной импотенции провернуть успела.
– А как это? – полюбопытствовала я.
– В твоем возрасте, Селена, пора бы уже и знать как, – съязвила вредная девка.
Видимо, одного врага в лице смертельно оскорбленной Аньес ей было мало. Или эликсир правды вывел наружу все то гадкое, что скрывалось в душе Мадлен.
– Девочки, не ссорьтесь! – встряла Мари Лу. – Давайте лучше, как всегда, огласим предсказания!
Я с трудом удержалась, чтобы не спросить, много ли актов волшебной экзекуции запланировано на сегодняшний вечер, и стала прикидывать, чем бы таким потешить почтенную публику.
– Селена, – тряхнула меня за рукав Мари Лу, – только не говори, что ты впала в транс! – И, хихикнув, добавила: – Предсказания никогда не были твоей сильной стороной, так что не старайся, все равно не поверим.
– Все, как всегда! – Я изобразила усиленную работу третьего глаза. – В ближайшее время нас ждет большой урожай вина, небольшое восстание крестьян и... маленький государственный переворот!
Скосив глаза на притихших волшебниц, я в ужасе ожидала ответной реакции.
– Ну что ж, – откашлялась Аньес, – время идет, а предсказания не меняются. Рано или поздно они должны сбыться, дорогая. Ты совершенно права!
– Только слегка ошибаешься... в датах, – смущенно добавила Мелисса.
Волшебницы с жалостью посмотрели на меня, и инициативой завладела Аньес.
После того как она предсказала рождение наследника у брата Мелиссы, Мелисса предупредила Мари Лу об опасности стать жертвой разбойников, Мари Лу напророчила Мадлен роман с молодым маркизом, а Мадлен выдала подробную сводку погоды на ближайшие полгода, перешли непосредственно к колдовству.
Я не разделяла всеобщей радости по этому поводу и изо всех сил выжимала из себя улыбку, подливая в кружки настоящего веселящего эликсира, в надежде, что он таки уложит волшебниц мирными храпящими штабелями, а мне удастся сбежать с этого незваного шабаша. Однако дамы оказались весьма устойчивы к воздействию зелья – веселиться веселились, а угомоняться не собирались.
– Давайте посоревнуемся в чарах привлекательности! – предложила Мари Лу, проводя одной рукой по волосам и придавая им сияющий золотой оттенок, а другой дотронувшись до груди, которая тут же разбухла на добрых пять размеров.
