– Не может быть, – испуганно бормотал Генри, выбираясь из горы книг, – ты не можешь владеть силой Эова. Ее получают лишь…
– Да, да… Всадники, – язвительно продолжил Энди, медленно наступая на дядю, – потомки великого повелителя ветров Эова, одного из всадников Галистариса. Ты слишком плохо знал мою мамочку! – в его голосе слышалось пренебрежение и острое желание мести – он хотел поиздеваться над дядей. – Ты целый год пытал мою семью в подземелье – все никак не мог смириться с предательством отца, и неужели не заметил на руке матери родимое пятно в форме вихря – родовой знак потомков Эова? Неужели ты так и не понял, как они смогли бежать?
– Ей тогда исполнился двадцать один и… она обрела силу… – запинаясь и поражаясь своей догадке, проговорил Генри. – Не может быть! Я… я… Нет, это невозможно! Им помогла моя жена, за что и поплатилась.
– Дядя-дядя, не оправдывай себя за убийство жены… Она ни в чем не виновата. Ты сдал ее Ордену Онобуса, чтобы загладить вину перед ним… А она прокляла тебя за это. Сам знаешь, проклятье невинно убиенной души необратимо. Вот ты и гниешь последние 10 лет в своем замке, боясь лучей солнца, – лицо Энди расплылось в торжествующей улыбке, исполненной удовольствием от наконец состоявшейся мести за родителей. – Что ж, вчера мне исполнился двадцать один год и еще… вот – он разорвал рукав на плече и показал точно такое же пятно, как у его матери, – знак Всадников Эова.
Генри упал на колени перед Энди, он даже не пытался применить против него свою магическую силу – его душа страдала от той правды, которую ему открыли, ведь он, хоть и был готов на все ради Ордена, любил жену. Он пристально смотрел на племянника и по его виду понимал, что смерть неминуема.
В сердце Энди горела злость на Генри, глаза стремительно краснели, он жаждал мести, а потому приложил ладони друг к другу, и между ними образовался ветряной шар со сверкающими внутри молниями.
– Генри Разум, согласно п. 2 ст. 21 Верховного Закона Чародеев вы можете перейти на сторону Ордена Галистариса и, лишившись магических сил, остаться в живых…
– Нет, я никогда не стану человеком! – черные глаза Генри налились кровью. – Лучше умереть, чем… – он не договорил, увидев, что шар Энди летит в его сторону.
Через 10 часов настало обычное для Киева осеннее теплое утро. Гасли фонари, начинали гудеть автомобили – город неохотно просыпался. И как его неотъемлемая часть с большим сожалением прощался с постелью Энди.
– Еще пять минут. Всего пять… – возмущался он про себя – И кто придумал начинать рабочий день в 7 утра… Ну что может произойти в такую рань!
Энди вскочил с постели и замер в боевой стойке. Он медленно оглядел свою небольшую комнату, снимаемую у одной доброй и, к его счастью, глухой старушки за мизерную плату. Узкая кровать, телевизор, платяной шкаф, зеркало и собранные в большую кучу книги под занавешенным плотной серой тканью окном составляли все ее содержимое. Впрочем, чего еще хотеть за 90 евро в месяц… Так и не найдя источника шума, Энди снова повалился в кровать. И было начал уже дремать, как…
Он снова подскочил и медленными бесшумными шагами направился к шкафу. В его левой руке в это время уже образовывался ветряной шар. Резко распахнув дверцы шкафа, Энди было хотел швырнуть его, но вместо этого удивленно вскрикнул:
– Калисто, ты-то что тут делаешь? – он взял на руки толстую серую хозяйскую кошку и, улыбаясь, понес ее к двери в коридор – Еще чуть-чуть и ты бы стала котлетой, – смеясь заметил Энди.
Но лишь только Энди коснулся дверной ручки, кошка выпрыгнула из его рук и превратилась в молодую девушку невысокого роста, с рыжими волосами, в серых джинсах и кожаной куртке.
– Каролина?! – недоуменно посмотрел на нее Энди.
– Кошачьи котлеты?! Энди – ты зверь! О боже! – испугавшись, воскликнула она и закрыла лицо руками.
Энди осмотрелся вокруг.
– В чем дело? Здесь никого… А-а… – не договорив, он взглянул в зеркало и понял, что на нем совсем нет одежды. Сдернув с кровати простынь, Энди обкрутил ее вокруг себя и неуверенно, но с заискивающим тоном проговорил:
– Извини. Я… это…
– Ладно, нечего терять время. К делу… – убрав руки и открыв Энди свое побагровевшее лицо, начала Каролина. – Меня направил председатель Эдвард, он хочет тебя видеть. Срочно. Ты, видимо, вчера снова что-то натворил, – серьезным тоном заметила она, но потом ее голос резко помягчал. – Энди, скажи, что на этот раз…
Она села рядом с ним на кровать, повернула к себе его лицо. Никогда еще Энди не видел ее такой встревоженной и расстроенной, с глазами, наполненными слезами.
– Ты опять что-то взорвал? Снес очередной телефонный столб? Перевернул чью-то машину или яхту? Отвечай же! – и она начала его трясти.
– Лина, зачем тебе это? Зачем ты все время помогаешь мне? Ты же можешь пострадать. Я слышал, как Эдвард в разговоре со своим секретарем обмолвился, что хочет перевести тебя из отделения поиска магических существ в отдел по волшебному земледелию, подальше от меня.
