Ещё Иоганн Кеплер в 1596 году обратил внимание на то, что в солнечной системе есть существенный пробел: не хватает планеты, которая должна находиться между орбитами Марса и Юпитера.
В 1766 году Тициус (а чуть позднее, но совершенно самостоятельно Боде) разработал очень простое правило, из которого вытекало следующее: средние расстояния планет от Солнца находятся в зависимости от последовательного ряда чисел: 0, 3, 6, 12, 24... Если к каждому из них добавить по 4, мы получим приблизительно то, что ищем: 4, 7, 10, 16, 28 и т. д. Расстояние от Земли до Солнца (10), составляющее 149,5 миллиона километров было принято за астрономическую единицу - меру длины в космическом пространстве.
В 1781 году, пользуясь этим правилом, В. Гершель открыл новую планету - Уран. С тех пор правило Тициуса-Боде было принято на вооружение астрономией.
Но учёных всякий раз всё больше и больше поражала загадка: почему нет на своём месте планеты, которую двести лет тому назад искал Кеплер и которая согласно правилу Тициуса-Боде должна быть отдалена от Солнца на 2,8 астрономической единицы? Или планета эта слишком мала и её нельзя было увидеть в телескопы тех времен, или правило не правило?
Небо разбили на квадраты, и обсерватории всего мира нацелили на него свои телескопы... Начались упрямые поиски. Но и это не помогло: планета исчезла. Между Юпитером и Марсом зияла всё та же пустота, и возникновение этой пустоты не поддавалось объяснению.
Но вот когда астрономы получили в своё распоряжение мощнейшие телескопы, 1 января 1801 года в Палермо директор обсерватории Пиацци заметил в небе маленькое светило. Это не успокоило его. О том, что это новая планета, не могло быть и речи - слишком мизерны были его размеры. И всё же светило заметно двигалось. Значит, к звёздам оно не принадлежало. Решив, что это комета, Пиацци наблюдал за ней полтора месяца. Но в связи с болезнью прекратил наблюдение, и загадочная гостья скрылась от людских глаз.
Ровно через год - 1 января 1802 года - немецкий астроном Ольберс (которого задолго до этого опередил Пиацци), опираясь на вычисления тогда ещё молодого Гаусса, снова разыскал это светило в ночном небе. И удивительная вещь - это небесное тело, названное Церерой, находилось в том самом месте, где согласно правилу Тициуса-Боде должна была находиться исчезнувшая планета: большая полуось Цереры равнялась 2,8 астрономической единицы. Пустота была заполнена, и казалось, гармония в строении солнечной системы восстановлена.
Однако учёных беспокоила мысль: что же это за небесное тело? Своими размерами оно никак не похоже на все известные планеты. Выяснилось, что Церера в четыре раза меньше Луны и в шесть с чем-то раз меньше Ганимеда одного из открытых Галилеем спутников Юпитера. Нет, радость была преждевременной: Цереру нельзя причислить к классу планет. И поиски продолжались.
Самый упорный среди своих коллег, Ольберс, снова принялся за работу. Но всё, что он открывал на протяжении следующих пяти лет, его неизменно разочаровывало. Ближайшие соседки Цереры - Паллада, Веста и открытая Гардингом Юнона - оказались ещё меньше, чем она. Небесного тела, которое можно было бы назвать планетой в полном смысле слова, не было. И не могло быть - иначе её открыл бы ещё Кеплер...
Однако Ольберс не прекращал наблюдений за орбитами открытых им небесных тел, которые получили название малых планет. Вскоре его настойчивость была вознаграждена. Ольберс заметил, что орбиты малых планет пересекаются в одной точке - в том самом месте, где должна была находиться предполагаемая планета. Точка пересечения вполне соответствовала правилу Тициуса-Боде.
Открытие не могло не поразить Ольберса. Оставался единственно возможный вывод: планета была разрушена какими-то неведомыми силами, а "малые планеты" всего лишь её осколки. Двигаясь по своим искусственным орбитам, образовавшимся вследствие взрыва, осколки неизменно возвращаются к месту гибели планеты, как скорбящие сыновья на могилу матери.
Это была очень смелая гипотеза. Она обосновывалась не столько на доказательствах, сколько на интуиции: тогда ещё никто не знал, какова форма малых планет - шарообразна или осколочна?
На протяжении целого столетия астрономы считали вывод Ольберса слишком фантастическим. Им казалось невероятным, что в природе могут существовать такие титанические силы, которые способны совершить подобное разрушение. А интуиция... Нет, она не может быть достаточным аргументом!..
Усовершенствовались телескопы, увеличивалось число открытых малых планет. И если раньше любимым дарили кольца или серёжки, то теперь начали дарить целые планеты!.. Действительно, среди малых планет мы встретим и Ларису, и Любу, и Лиду, и Риту, и Марину... При этом первооткрывателя не беспокоило то, что имя любимой он стремится увековечить на останках трагически погибшего мира...
