— Вы так и не узнали, кого он представляет?
— Боюсь, что никого, — рассмеялся Сарычев, — обычный посредник. Есть такой сорт людей, которые, не имея на руках ничего, пытаются договариваться сразу с обеими сторонами. Ищут продавца и покупателя. В расчете на некоторый навар с каждой стороны. Он несерьезный человек.
— А ваши португальские конкуренты?
— Им вообще наплевать на все. У них конкретная задача — перенести чемпионат в Синтру, чтобы получить свои деньги. Местные бизнесмены в Лиссабоне обещали любые бонусы, если удастся убедить Фармера. Однако ему больше нравится здесь.
Дронго попрощался и положил трубку. Вернувшись в гриль-ресторан, он не нашел там комиссара. Очевидно, тот решил начать проверку местных телефонов и сам отправился к менеджеру отеля. Дронго вышел на террасу и взглянул на часы. Время двигалось уже к половине пятого вечера, солнце клонилось к закату. У бассейна почти не было людей.
«Нужно поговорить с Кэтрин», — подумал Дронго, возвращаясь в холл. И в этот момент увидел, как она спускается по лестнице.
Женщина была в светлом брючном костюме. Несмотря на бурную ночь и свой долгий дневной сон, она выглядела как всегда идеально — сказывалась работа Луизы и упругость собственной кожи актрисы. Или мастерство ее пластических хирургов.
— Добрый день или добрый вечер, — улыбнулся Дронго, приветствуя Кэтрин.
— Добрый день, — улыбнулась она в ответ, — кажется, вчера я сильно перебрала. Большое вам спасибо за помощь. Не представляю, что бы я делала без вас.
— Мне было приятно проводить вас до номера, — галантно ответил Дронго.
— Не только, — лукаво улыбнулась она, — вы еще укрыли меня одеялом, принесли подушку, открыли двери балкона. Правда, почему-то не раздели меня и не уложили в кровать. Но это уже не столь важные детали.
— В следующий раз обязательно воспользуюсь вашим советом, — заверил ее Дронго.
Продолжая улыбаться, она взяла его за руку:
— Идемте в ресторан. Я ужасно проголодалась. Мне сообщили, что Энрико сегодня вернется к нам. Я так без него скучаю. Слава Богу, что у его матери все хорошо. Но он не должен был меня бросать ночью даже ради нее! Как вы считаете?
— Я полагаю, если мужчина любит свою мать, это при всех обстоятельствах должно радовать его женщину. И напротив, если мужчина не любит мать, это должно всегда настораживать любую женщину. Такой человек не может быть ни хорошим другом, ни порядочным любовником. Есть некие нравственные параметры, по которым определяется личность.
— Вы говорите серьезно? — изумилась она. — А я считала вас современным человеком. Вы прямо как сицилиец или корсиканец! Что вы такое говорите?!
— С точки зрения семейных отношений я человек несовременный, — признался Дронго, — и мне кажется, что вы должны гордиться таким мужчиной, который может сорваться ночью и улететь в другую страну только потому, что его мать тяжело больна.
— Вы так думаете? — Она нахмурилась. — Когда он вернется, я ему обязательно передам ваши слова.
Они вошли в зал ресторана. К ним поспешил предупредительный метрдотель.
— Извините нас, миссис Фармер. Но наш ресторан закрыт, мы откроемся только на ужин. В семь часов вечера.
— И я должна остаться голодной? — спросила актриса.
— Ни в коем случае, — метрдотель был сама любезность, — любое блюдо, которое вам захочется, будет приготовлено в течение десяти—пятнадцати минут. Прошу вас пройти и выбрать любой понравившийся столик. Этот сеньор вместе с вами?
— Да. И не нужно горячих блюд. — Кэтрин Фармер оглянулась на Дронго: — Вы уже обедали?
— Успел, — кивнул ей Дронго и попросил метрдотеля: — Пусть лучше мне принесут зеленый чай.
— А мне зеленый… салат, — улыбнулась она. — Я должна быть в форме и не могу есть много жареного. У вас есть рыба?
— Любая, сеньора, для вас мы найдем любую рыбу. — Метрдотель был вышколен, как и полагалось ответственному служащему в заведениях подобного уровня. Он хорошо знал, что такие знаменитости, как Кэтрин Фармер, делают рекламу любому отелю, любому ресторану.
Если в отелях категории «делюкс» в крупных центрах Европы и Америки еще можно встретить настоящих голливудских звезд первой величины, известных бизнесменов, политиков, то на побережье, даже в самых дорогих отелях, обычно таких гостей практически не бывает. Они предпочитают снимать отдельные виллы и жить своей замкнутой жизнью, пытаясь отгородиться от остальных.
Кэтрин и ее спутник уселись за столик, на котором мгновенно возникшие два официанта уже расставляли бокалы и раскладывали вилки и ножи.
— Вы будете пить чай? — удивленно спросила Кэтрин. — Может, немного вина или виски?
— У вас будет болеть голова, — спокойно парировал Дронго, — а я не хочу пить днем. Меня потянет в сон, и, учитывая, что я почти всю ночь не спал, это будет не лучшим выходом для меня.
— Интересно, почему вы не спали всю ночь? — Она надула губки, как капризный ребенок. — Хотите, я угадаю. Вы наверняка отправились сначала к нашей очаровательной польке. У нее такие ноги и такие чувственные глаза! Я права?
— Откуда вы узнали? — удивился Дронго. — Вы же только недавно проснулись?
