— Думаю, орки сейчас вовсю глазеют на сражение и им не до нас, — сказал Шадамер. — Они любят зрелища, и их сейчас ничем не сгонишь с палубы. Ну, а если кто-нибудь спросит про вас, мы скажем, что Гриффиту нездоровится.
— Только обязательно скажите, что у меня свои способы лечения, — поспешно добавил эльф. — Я не хочу, чтобы сюда явилась Квай-гай натирать меня рыбьим жиром и стучать над ухом в барабан.
— Согласен, особенно по части рыбьего жира. Когда вы…
Шадамер не договорил. Дверь каюты с шумом распахнулась, и все четверо сразу же виновато потупились. Но в каюту вошла не ведунья, а всего-навсего юнга. К тому же мальчишка был настолько возбужден зрелищем, что ничего подозрительного не заметил.
— Капитан зовет тебя на палубу, барон, — объявил он. — Оттуда хорошо видать битву. Огонь, дым и все такое.
— Замечательно! — с деланным восторгом воскликнул Шадамер. — Мы немедленно идем.
Они с Алисой отправились на палубу. Дамра и Гриффит остались внизу. Эльф улегся на койку и добросовестно застонал. Дамра стерегла дверь.
Шадамер вежливо отклонил предложения Квай-гай полечить Гриффита пиявками и вареными рыбьими головами. К счастью, ведунья, как и остальные орки, была целиком поглощена сражением и тут же забыла о больном эльфе. Шадамер с Алисой встали так, чтобы видеть сражение и одновременно следить за лестницей.
Кал-Га заявил, что сражение с виннингэльцами зашло в тупик и ни одна сторона не имеет перевеса над другой. Люди подожгли один оркский корабль. Его команда лихорадочно тушила пожар, чтобы не лишиться судна. Над верфью Краммса поднималось несколько тонких струек дыма. Положение и впрямь было тупиковым. Корабли орков не могли подойти ближе и ударить непосредственно по городу, а армия Краммса не имела возможности выйти в море и отогнать орков. То, что Кал-Га называл сражением, было, по сути, обменом огненными шарами, которые далеко не всегда попадали в цель.
Однако Шадамер не забывал про силы Дагнаруса, которые сейчас уже вполне могли подойти к окраинам города.
— Хватит пялить глаза на лестницу! — сердито прошептала ему Алиса. — Дождешься, что кто-нибудь заметит.
— Но почему он медлит? — нетерпеливо прошептал в ответ барон. — Я…
— Гляди!
Алиса взволнованно дернула его за рукав.
Матросы, находившиеся на мачте, что-то кричали своим товарищам и лихорадочно махали руками. Вскоре все орки позабыли о битве.
Море в тот день было довольно спокойным. Слабый ветер едва шевелил корабельный вымпел. И вдруг, откуда ни возьмись… Шадамеру показалось, что вдали закружился дымчато-серый водяной вихрь. Из потемневших небес к воде потянулись извивающиеся серые щупальца. Как только они достигали водной поверхности, она взрывалась белой пеной.
— Водяной смерч! — выдохнула Алиса.
— Боги милосердные! Такого я еще не видел, — пробормотал Шадамер.
В отличие от барона, орки не раз видели эти смерчи, отчего и завопили в один голос. Они знали: если только смерч их зацепит, корабль разнесет в щепки. А то и щепок не останется. Худшего знамения трудно было себе представить. Квай-гай орала во всю мощь своих легких. Ее крик перемежался с приказами капитана немедленно поднимать якорь и паруса.
Смерч скользил по поверхности моря, и вода на его пути вскипала, пенилась и взлетала тысячами брызг. Стихия двигалась в направлении оркской флотилии. Пока еще смерч был достаточно далеко от кораблей, но с каждой минутой он становился все ближе.
Ведуны на борту флагмана через воду передавали приказы Капитана-над-Капитанами всем кораблям.
— Она приказала прекратить осаду, — сказал довольный Шадамер.
Смерч продолжал свое движение по волнам. Несколько кораблей, подняв паруса, уже спешили прочь.
— Рано обрадовался, — вдруг сообразила Алиса. — Наш корабль удерет отсюда вместе с остальными. И как ты рассчитываешь попасть в Краммс, если скоро мы вновь окажемся далеко от него?
— Проклятье! Мне это и в голову не приходило. А я-то считал свой замысел таким безупречным! Все было тщательно продумано, никаких случайностей. Слушай, куда подевался этот чертов капитан?
Шадамер зашагал по палубе, натыкаясь на спешащих матросов. Те бормотали извинения и довольно бесцеремонно отпихивали его прочь с дороги. Алиса лишь качала головой, вздыхая и улыбаясь одновременно.
Нечто похожее на громкий крик пронеслось по воде и ударилось о борт корабля. Помощник капитана ответил на него своим криком, усиленным оркской магией. Он повернулся к Кал-Га. В это время Шадамер наконец-то разыскал «этого чертова капитана».
— Капитан! — отсалютовав, обратился к Кал-Га помощник. — Нам приказано остановиться. Капитан хочет говорить с нами.
Слово «капитан» занимало в языке орков особое место и обозначало любого начальника: от капитана корабля до Капитана-над-Капитанами — предводительницы этого народа. Все дело в том, с какой интонацией оно произносилось.
Кал-Га покосился на Шадамера.
— Это большая честь, — сказал барон, обрадовавшись, что они, быть может, не покинут Краммс.
Заметив нахмуренное лицо капитана, Шадамер не удержался от вопроса:
— Или я чего-то не понимаю?
