Каких-то два месяца назад Альтия выдала бы ему все, что она о нем думает. Но время, проведенное взаперти, наедине с Проказницей, и особенно события последних трех дней сильно ее переменили. «Нет, не то чтобы у меня прибавилось благонравия, – подумала она отрешенно. – Просто гнев научил меня некоему спокойствию… жуткому спокойствию. Зачем тратить силы и время, попусту препираясь с мелким тираном, вообразившим себя великим начальником? Это всего лишь тявкающая шавка». Сама же Альтия чувствовала себя тигрицей. Ниже ее достоинства было отвечать всяким дворняжкам. Она подождет. И однажды одним ударом сломает его жалкий хребет. Издеваясь над Уинтроу, скотина Торк подписал себе приговор. И когда придет час расплаты, нынешняя грубость по отношению к Альтии вовсе не облегчит его участь.
Внезапное головокружение едва не застало Альтию врасплох: она осознала, что, покуда ее рука покоилась на досках обшивки, в ее голове были мысли Проказницы. А у той – ее собственные. Сообразив, к чему это может привести, девушка запоздало отняла ладонь. Ощущение было такое, словно она вынула руку из прохладной патоки, куда та была погружена по запястье.
– Нет, Проказница, нет, – тихо проговорила Альтия. – Не позволяй овладеть собой моему гневу. И отмщение оставь мне. Не оскверняй им свою душу. Ты слишком велика и прекрасна. Это было бы недостойно тебя.
– В таком случае, – столь же тихо и горестно отвечала Проказница, – этот человек недостоин ходить по моей палубе. Почему я должна терпеть паразитов вроде него, в то время как тебя выгоняют на берег? Только не говори мне, что подобное обращение с родственниками – в обычае семейства Вестритов.
– Нет-нет, конечно, это не так, – поспешно заверила ее Альтия.
– Я сказал, пшла прочь! – снова гаркнул Торк с палубы над ее головой. Он свешивался через фальшборт, потрясая кулаком. – Катись, говорю, подобру-поздорову, пока я не спустился!
– Ничего он мне не сделает, – сказала Альтия кораблю.
Но в это самое время откуда-то изнутри приглушенно долетел испуганный крик и мгновением позже – тяжеловесное БУХ! На палубе разразились цветистой бранью, истошно завопил Торк. Отчетливо донесся недоумевающий голос молодого матроса:
– Лебедка с бимса[37] свалилась, господин помощник! Клянусь, при начале работы мы надежно закрепили ее!
Голова Торка, маячившая над фальшбортом, исчезла, и Альтия услышала его топот. Еще бы ему не умчаться бегом! Разгрузка Проказницы застопорилась, половина команды смотрела разинув рты на расплющенные корзины и безнадежно рассыпавшиеся орехи.
– Это, – мило заметила Проказница, – займет его на какое-то время, не так ли?
– И все же мне придется уйти, – заторопилась Альтия.
В самом деле, пора было уходить, иначе придется расспрашивать Проказницу, не ее ли следует благодарить за столь вовремя обрушенную лебедку. Уж лучше носить в себе ничем не подтвержденные подозрения…
– Ты береги себя, – сказала она Проказнице. – И пожалуйста, присмотри за Уинтроу.
– Альтия! Ну а ты-то вернешься?
– Конечно вернусь. Просто мне надо срочно кое о чем позаботиться. Но с тобой я перед отплытием еще обязательно повидаюсь!
– Трудно представить, как это я выйду без тебя в море, – совсем горестно выговорила Проказница.
Глаза деревянного изваяния были устремлены на морской горизонт, как если бы она уже резала волны далеко-далеко от берегов. Порыв бриза шевельнул ее тяжелые локоны.
– А мне, думаешь, легко будет стоять на причале и наблюдать, как ты отправляешься без меня? – вздохнула Альтия. – Но ты не грусти: с тобой будет Уинтроу.
– Который все отдал бы, чтобы только этого избежать! – Корабль снова заговорил голосом обиженного ребенка.
– Послушай меня, Проказница. Ты же знаешь, что я не могу остаться с тобой. Но я вернусь! Знай и всегда помни, что я тружусь ради нашей встречи. Мне на это потребуется время, но я обязательно буду снова с тобой. А до тех пор не падай духом и веди себя молодцом!
Проказница вздохнула:
– Я постараюсь…
– Ну и отлично. Скоро увидимся!
Повернувшись, Альтия заторопилась прочь, задыхаясь от сознания собственной неискренности. Удалось ли ей хоть как-то заставить корабль поверить? Хотелось на это надеяться… Вот только все ее новообретенные инстинкты, касавшиеся Проказницы, хором утверждали – нет, этот корабль на мякине не проведешь. Наверняка Проказница поняла, как ревнует Альтия Уинтроу из-за того, что он занял на борту ее место. Наверняка она ощутила и гнев Альтии по поводу всего, что произошло, как бы глубоко та ни пыталась спрятать его. Однако всему вопреки девушка продолжала надеяться, что та несчастная лебедка свалилась сама по себе. И отчаянно молилась Са: «Только не допусти, чтобы Проказница начала своими силами бороться за правду».
