– Вот суки, – сказал Игнат, – как в такой стране жить можно? Всем на все насрать. Ты подумай – в такой момент они требовали оплаты.
– «Титаник» какой-то, – выдавила Алёна.
– Точно. Помнишь, когда Ди Каприо тащит… эту как ее…
– Кейт Уинслет.
– Точно.
– Спасибо, Ди Каприо, – Алёна благодарно посмотрела на Игната.
Игнат, смутившись, предложил:
– А давай еще воды. Надо много пить.
– Давай.
Игнат принес еще две бутылки.
– Без газа, – сказал он.
Алёна засмеялась. Это была вторая шутка, которая ей понравилась.
Игнат посмотрел на нее. Обильные слезы смыли лишний макияж, сгладили глубокие складки у рта и вернули чистое детское выражение. Игнат тоже стал похож на свою фотографию. У него было немного усталое интеллигентное лицо не очень успешного человека.
– Что это было? – спросила она.
– У кого-то взорвался газовый баллончик.
– Почему?
Он понятия не имел. Достал телефон и написал в Яндексе – «Газовый баллон». Появилась информация, что газовые баллончики разрешены для самообороны и их огромное количество. На всех снимках красивые аэрозольники держала женская рука с ярким модным маникюром и указательный палец уже лежал на кнопке.
– Это для женщин? – спросила Алёна. – А зачем?
– Для спокойствия.
– Какое может быть спокойствие? Нас чуть не убили.
Игнат заинтересовался рекламой.
– Смотри, – сказал он, – и недорого. Полтысячи – не так много. А есть и за сто сорок – тренировочные.
Потом они немного поговорили о фильмах. Он любил то, что называется «экшен». Она – мелодрамы. Но, уважая вкусы, выслушали доводы в защиту этих разных жанров.
Он посмотрел незаметно на часы, и Алёна подумала, что, наверное, пора им отдохнуть друг от друга.
Расстались мирно, договорились продолжить общение в фейсбуке. О серьезных намерениях было еще рано говорить, но все равно: «Приятно провели время», – сказали они друг другу на прощанье, спускаясь на эскалаторе. Потом сели в поезда и уехали в разных направлениях.
Игнат ехал и думал: «Хорошая вещь этот баллончик, надо с ребятами поделиться. – Потом засмеялся сам с собой: – Ничего себе приятно провел время!»
Вышел на своей остановке и привычным маршрутом поспешил в спортзал – приближалось оплаченное им время.
Алёна думала: «Какой он милый, этот Игнат, надо в следующий раз лучше себя вести и не кидаться как собака с цепи. Что вообще с ней происходит на подобных свиданиях, почему она всегда приходит с такой ненавистью к мужикам. Они же тоже люди. Как китайцы».
В метро было много одиноких женщин. Она их всегда узнавала, как сестер. Что-то было в глазах преувеличенно деловое, мол, не подходи, мне и так хорошо. Мужчины не так легко вычислялись, впрочем, она не была специалистом по этим вопросам. Время ее уходило – это было страшно. Возраст деторождения фактически заканчивался. Подруги обзавелись детьми, а одна вообще уже стала бабушкой.
Сразу заработали разные идеи. Надо было по-другому постричься, подумать об одежде.
Хорошо, что она отделилась от родителей, жить вместе было уже невыносимо. Срочно надо было созвониться с подругой – обсудить. Сегодняшняя встреча была очень удачная, недаром вчера, когда она гадала по какой-то современной дамской прозе, на пятнадцатой сверху строчке было только одно слово «шанс». Что-то оживало в ее душе, какая-то надежда. И как здорово, что теперь у них с Игнатом есть такое интересное общее воспоминание. Надо бы завтра с ним встретиться. После работы. Может, в кино сходить. Надо подобрать что-нибудь приличное. Готова на «экшен». Хорошо бы куда-нибудь съездить. Но куда? Было бы лето. Летом-то они обязательно куда-нибудь поедут. Можно в Турцию. У нее есть неистраченный «шенген». Надо, чтобы у него тоже был. Вообще хорошо бы поближе познакомиться.
У входной двери поискала ключи. В кармане не было. В сумке, наверное. Полезла в сумку. Женская сумка – это вообще отдельный мир. Там бывают самые нужные вещи, буквально необходимые каждый день, и порой находятся фантастически забытые и даже загадочные предметы.
В сумке на самом дне лежал аэрозольник, такой же, как показывал Яндекс. Алёна обалдело замерла, потом осторожно взяла в руки – легкий, пустой; мелькнула мысль: «Подкинули, суки, – потом мысль ушла в сторону Игната: – Вот кто, сволочь». Потом очень четко вспомнила, что давно-давно, когда она только начинала поиск на сайте знакомств, ей на работе посоветовали приобрести эту штуку. Она приобрела и забыла. Она, конечно, ее видела в сумке каждый день, но думала, что это лак для волос и удивлялась: на фиг она его с собой таскает. Поэтому сегодня она совершенно искренне негодовала на тот ужас, который с ними произошел.
Она тупо смотрела на страшный предмет, и у нее не было слов. С самооценкой у нее всегда было плохо, но сейчас она упала до нуля.
«Это я, я, – это я сама, почему всегда я, почему это всегда со мной, почему? Почему со мной всегда все не по-человечески? Как это можно объяснить Игнату? Какой вообще к черту Игнат! Тоже мне Ди Каприо… Так мне и нужно, вот именно так и нужно!.. Дура! Дура!»
