Толстяк нервно заерзал в седле. До него вдруг дошло, что он развернул лошадь так, что оказался боком к противнику. Чтобы прицелиться, ему придется сначала повернуться.
Бак понял, что младший воображает себя лихим стрелком. По всей вероятности, он уже имел на своем счету одного покойника – какого-нибудь беднягу, который лучше управлялся с плугом, чем с пистолетом. Из этих двоих опаснее был именно младший. Оружие он держал под рукой и не застегивал кобуру. Бак решил не ждать, пока парень шевельнется первым. Молниеносным движением он выхватил револьвер.
– Ну-ка, расстегните ремни… быстро! Бросайте их на землю, если не хотите пойти на корм канюкам. Ланц громко выругался.
– Да ты знаешь, кто перед тобой?
– Знаю. Два тупоголовых ничтожества, которых и мужчинами-то назвать нельзя. Вы даже не можете другим способом заполучить женщину, кроме как украсть беспомощную девчушку.
– Беспомощная она, как же! Да она опаснее гремучей змеи!
– В таком случае, надеюсь, она вас ужалила. Хватит болтать, бросайте оружие! Последний раз повторяю.
Ланц нехотя расстегнул ремень и бросил его на траву.
– Ладно, на этот раз твоя взяла, – злобно прошипел он, – но мы еще встретимся. У полковника Форсайта имеются насчет тебя свои планы.
– Если Форсайт рассчитывает заполучить мое ранчо, то он еще глупее, чем я думал. Поживее, толстяк! – прикрикнул Бак.
Старший отцепил ремень с кобурой, и тот соскользнул на землю.
– Вот так-то лучше. А теперь поворачивайте лошадей и езжайте по тропинке обратно. Да не слишком шустро, я поеду за вами.
Бак вскочил на коня, вырвал из рук Ланца поводья пони и бросил их сидящей на траве девушке. Потом подал ей знак оставаться на месте, а сам направил своего жеребца вслед за неудачливыми похитителями. Они проехали с четверть мили и достигли места, где тропинка сворачивала и бежала вдоль крутого берега ручья. Здесь Бак приказал бандитам остановиться и спешиться.
– Это еще зачем? Ты же не собираешься пристрелить нас из-за индейской девки?
– Разувайтесь.
– Проклятие!
– Я ничего такого не сделал! – Толстяк неловко слез с лошади.
– Не хотите, не надо. – Бак поднял револьвер. – Я вполне могу продырявить ваши сапоги прямо на ногах, если вам так больше нравится.
Ланц, спешившись, уселся на землю и молча стянул сапоги. Толстяк прислонился к дереву и тоже стал разуваться.
– Теперь садитесь.
Бак, спрыгнув с коня, с минуту рассматривал сидящую на земле парочку. У обоих носки были дырявые, причем у толстяка дыра оказалась такой огромной, что в нее целиком высунулся большой палец. Бак поднял с земли их сапоги и брезгливо поморщился.
– Вы что, ребята, вообще никогда ноги не моете? Ланц стал проявлять признаки беспокойства.
– Что ты собираешься делать?
Подойдя к самому краю обрыва, Бак швырнул в шумящий внизу поток сначала один сапог, потом все остальные, стараясь забросить их как можно дальше.
Ланц завопил:
– Ну погоди, я до тебя доберусь! Клянусь Господом Богом… Не обращая внимания на его крики, Бак невозмутимо проговорил:
– К тому времени когда вы отыщете сапоги, у вас будут такие чистые ноги, каких отродясь не бывало.
Потом он снял шляпу и несколько раз как следует шлепнул по крупу каждую из бандитских лошадей, громко свистнув. Испуганные животные сорвались с места и пустились галопом по тропинке.
– То-то приятно будет, когда ты отсюда умотаешь. Бак повернулся к Ланцу.
– Что ты сказал?
– Полковник Форсайт не оставит тебе землю.
– Ты что же, говоришь от его имени? – Под пристальным взглядом Бака Ланц отвел глаза.
– Я… ходят такие слухи. Теперь, когда старик помер, тебе не на что рассчитывать.
– Да? Продолжай, очень интересно.
– Заткнись, Ланц! Ничего ему не рассказывай!
– У тебя поубавится прыти, когда…
– Заткнись, черт бы тебя побрал! Бак вскочил на коня.
– Когда я скроюсь из виду, можете начинать искать сапоги. – Он отъехал на несколько шагов, потом оглянулся. – Будь я на вашем месте, я бы убрался из этих краев куда-нибудь подальше. Девушка, которую вы похитили, – сестра Красной Тучи.
Бак возвращался к тому месту, где оставил индианку, и на лице его играла улыбка, что случалось нечасто. Он не знал, состоит ли девушка в родстве с Красной Тучей, но одного упоминания имени этого знаменитого индейца оказалось достаточно, чтобы лицо толстяка стало бледнее змеиного брюха.
Маленькую Сову Бак нашел на том же месте. Девушка ухитрилась подняться с земли, она опиралась на одну ногу и держалась за тонкое деревце. Подняв с травы ремни с пистолетами бандитов, Бак перекинул их через луку седла.
– Верхом ехать сможешь?
– Смогу. Пони отвезет меня к моему народу. Бак осторожно помог девушке забраться на пони. Она поморщилась от боли, но не издала ни звука.
– Я немного тебя провожу, но потом мне придется возвращаться.
Он вскочил на коня и направил его следом за пони. Убедившись, что Маленькая Сова в состоянии держаться в седле, он обогнал ее и поехал впереди. Они поднялись по каменистому склону горы, потом выехали на пологий участок. Здесь Бак остановился и спешился.
– Теперь доберешься одна? Маленькая Сова кивнула.
