– Куда? В «Аконит», Клетус сказал, что если она отказывается продать землю Форсайту, то ей безопаснее уехать к Леннингу. Я, правда, пока не слышал, чтобы полковник применял силу по отношению к женщинам, но от него всего можно ожидать.
– Как же она туда добралась?
– Берни довез ее в нашей коляске до стоянки обоза. Помог Клетус – договорился с перевозчиками, чтобы они ее подбросили до ранчо, – ответила Бонни.
– Люди в салуне поговаривают, что мисс Андерсон продала «Аконит» Форсайту и вернулась на Восток. Бонни протестующе замотала головой:
– Ложь! Я последняя, кто ее видел в городе, и она не подписывала никаких бумаг. Наоборот, Кристин боялась, что ее попытаются заставить подписать.
Тэнди, снова сплюнув табачную жвачку, веско произнес:
– Для этих двоих самое подходящее место – «Аконит», куда мисс Андерсон и уехала. Можете мне поверить, с Баком Леннингом не пропадешь. Он водит дружбу с племенем сиу. Говорят, он когда-то спас сына вождя Железная Челюсть от медведя гризли. Не думаю, что индейцы будут стоять в сторонке и смотреть, как Форсайт сгоняет Леннинга с его земли.
– Мисс Андерсон сказала, что всегда рада нас видеть. – Берни покосился на сестру. – А ты как думаешь, Бонни?
– Я бы предпочла услышать, что скажет про Бака Леннинга мистер Старк. – Девушка вопросительно посмотрела па Клива. – Я знаю, что Клетус хорошо к нему относился, но хотелось бы точно знать, что мы не попадем из огня да в полымя.
– О, я очень хорошо его знаю, я несколько месяцев прожил с ним и с Моссом – так Бак называл старого Ярби. Дело было в самый разгар зимы. Моя лошадь поскользнулась и упала, придавив мне ногу, еще повезло, что не сломала. Бак, может, и грубоват, но человек хороший. Он написал мне письмо и рассказал о Форсайте, вот почему я здесь.
БОННИ нервно прошлась по сараю.
– Нам нужно уехать до возвращения Дела. Но Берни еще не может долго держаться в седле, он и ходит-то с трудом, а с тех пор как его избили, прошла неделя.
– У меня есть коляска, – вмешался Тэнди. – Если не ошибаюсь, она все еще в конюшне вдовы Гафни. Я вас отвезу да прихвачу с собой дробовик. Шериф Лайстер, наверное, уже взял меня на заметку. Боюсь, я так никогда и не научусь держать язык за зубами.
Бонни была тронута.
– Ах, Тэнди… Я так гордилась тобой, когда ты не побоялся выступить против этого жирного борова! Но теперь мне страшно за тебя. Ты действительно можешь отвезти нас на ранчо? Не передумаешь?
– Ни в коем случае. Уверен, Бак Леннинг будет нам даже рад. В борьбе с этой стаей стервятников лишняя пара рук, умеющих держать оружие, не помешает. Не хочу хвастаться, по стреляю я неплохо. – Тэнди снова сплюнул. – Помню, после войны, в Арканзасе, я раз даже победил в состязаниях по стрельбе – заработал мешок сахара.
Бонни с тревогой посмотрела на Клива.
– Боже правый, неужели дело может зайти так далеко?
– Как только разберусь, что к чему, пошлю сообщение в Форт-Керни, мы с тамошним капитаном добрые друзья. Не думаю, что Форсайту захочется сражаться против взвода солдат. Кроме того, я рассказал про полковника городскому судье в Боузмене, он тоже нам поможет. Так что не беспокойтесь. Мы с Диллоном постараемся вытащить вас отсюда. Завтра открывайте кафе и работайте как обычно, но потихоньку складывайте вещи. Берите только самое необходимое к переносите в сарай. Если все пойдет, как мы задумали, будьте готовы ехать завтра примерно в это же время. Если не получится завтра, то па следующую ночь. Тэнди, вы знаете дорогу до «Аконита»?
– Найду даже с завязанными глазами.
– Отлично. Завтра мы с Диллоном придем сюда обедать, и я передам вам письмо для Бака Леннинга.
Бонни задула свечу. Диллон приоткрыл дверь, выглянул наружу и осмотрелся – ничего подозрительного. Техасцы выскользнули из сарая и скрылись во тьме.
– Что ты обо всем этом думаешь, Берни?
– Что тут думать? Это наш единственный шанс выбраться из города. Если мы открыто уедем на поезде, Гомер тут же поедет следом.
– Но он может заявиться и на ранчо.
– Там мы будем не одни, а здесь, в городе, помощи ждать неоткуда.
– Он прав, детка, – послышался в темноте голос Тэнди. – В следующий раз люди Форсайта убьют Берни.
– Да, наверное, так и будет. Мне просто очень не хочется перекладывать наши трудности на тех, у кого и без нас проблем хватает.
Через два дня после случая с Быстрым Бегом напряжение между Кристин и Баком не только не ослабло, но еще более возросло. Утром Бак вошел в дом – вскоре после того, как увидел свет в окне и дымок над трубой.
– Доброе утро, – пробормотал он.
Не глядя на него, Кристин сунула в печь противень с булочками.
– Доброе утро.
Бак принес ведро воды, сложил охапку дров в ящик у печи и снова вышел. К его возвращению Кристин налила в умывальник теплой воды и приготовила чистое полотенце. Бак встретился с ней взглядом.
– Это для меня?
– Конечно.
Обычно он умывался холодной водой, но какое же наслаждение – плеснуть в лицо теплой воды и вытереться чистым, пахнущим свежестью полотенцем! Бак не привык, чтобы кто-то штопал ему носки и зашивал рубашки, – такого с ним просто никогда не случалось.
