— Здравствуйте, мои дорогие! Как я ждала вас, деточки милые! Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Меня называют Матушкой-Волшебницей. Представляете, тысячу лет живу я здесь. Слежу за расположением светил, иногда чищу звёзды, веду учёт, а время от времени дарю людям какие-нибудь волшебные «штучки-дрючки». Что и говорить, хлопот хватает! Но вот для себя мне не дано наколдовать хоть какого-то, самого маленького чуда. Верите? Я даже не могу предсказать собственное будущее! Проходите, проходите в Дом. Будем вас разговорами потчевать! Сейчас мы устроим настоящий праздник с волшебствами, балом и угощением, хотите?
Это был, конечно, лишний вопрос. Чтобы ответить на него, достаточно увидеть, как заблестели глаза детей, и какие заинтересованные, любопытные лица смотрели на Матушку-Волшебницу. А она… Она была такая! Вроде бы хорошо знакома каждому ребенку: среднего роста, совсем седая, с добрыми глазами за толстыми стеклами очков. Но дети заметили, что глаза её время от времени менялись. То они — таинственно-загадочные и тёмные, как переспелые вишни, а то — посветлеют, сделаются ясными, как лесной ручей, спокойными-преспокойными. Или вдруг засинеют васильковым цветом. Запляшут тогда в них смешинки-лукавинки, того и гляди расхохочутся! И ещё, конечно, были некоторые детали, выдававшие в приветливой пожилой даме Волшебницу. Например, голову её, кроме красиво уложенной косы, венчала маленькая янтарная корона. Алмазные звёзды, светила и знаки зодиака, украшавшие чёрную бархатную накидку, постоянно перемещались, излучая совершенно необычное сияние. А в руках Матушка-Волшебница держала… Догадались? Да! Самую настоящую волшебную палочку! Такую, которой пользуются обычно волшебницы, колдуньи и некоторые феи. Матушка-Волшебница взмахнула палочкой, и та засверкала, заструились от неё разноцветные лучики! Тотчас послышались голоса и смех. Навстречу гостям из дверей и окон Дома завыбегали, завыпрыгивали, завылетали кукольные мальчики и девочки. А за ними — барсуки в спортивных костюмах, ежи, зайцы-поварята и птицы, которые несли в клювах ложки, вилки и другие, нужные вещи.
И, что интересно, зверюшки двигались как люди — на двух лапах, а две другие использовали вместо рук. Но вот из Дома, не спеша, выплыла очень модная Лисонька. Она была в шляпке, перчатках до локтей, туфельках на высоком каблуке и при громадных «цыганских» серьгах. Лисонька укоризненно посмотрела на шумную ораву и что-то сказала по-английски. Мгновенно установилась тишина.
— Милости просим, гости дорогие! — Лисонькин голосок журчал ласково, а её раскосые, немного плутоватые глазки улыбались. — Я, — сказала она, — здешняя домоуправительница. Вот слежу за кой-каким хозяйством, за малышами приглядываю, преподаю им, между прочим, английский язык. Проходите, пожалуйста, проходите, не стесняйтесь.
Дети шли за лисой-домоуправительницей, сопровождаемые весёлой лесной малышней, и озирались по сторонам, открыв рты от изумления. Вроде бы входили-то они в Дом, поднимались по мраморным ступенькам витой лестницы, а гляди-ка ты — уж взбираются по крутому холму, изумрудно-алому от травы и крупных, с хороший орех, земляничин. Взобрались, ещё и отдышаться не успели, а Лисонька велит дальше подниматься, на горку, утопающую в зелени и цветах. На верхушке этой горки ребят встретила берёзовая рощица. А на каждой берёзке — настоящие качели! Не успели дети удивиться, а уж домоуправительница и все её подопечные качаются-раскачиваются, приглашая ребят. А тех долго упрашивать не надо!
И начинается такое качанье, такое!!!
— Ой! — смеясь, то и дело вскрикивает Танюша.
— Ур-ра! — орёт совершенно счастливый Санька.
Галя и Яша, как и близнецы, на одних качелях вместе. Яша поддерживает Галю, чтобы не боялась. А она положила голову ему на плечо и улыбается.
…РАЗДЕЛЯЮТ НАС НЕ СТРАНЫ —
РАЗДЕЛЯЮТ НАС ПЛАНЕТЫ…
Ира раскачивается сильнее, сильнее! Всё задумчивее её взгляд, устремлённый в небо. Р-раз! Р-раз! Ещё! Е-щё! Стремительней, круче взлёт, который вскоре переходит в кружение. Качели становятся каруселями. И непонятно, чего больше в них: качельного или карусельного катанья? Мчатся Яша с Галей на сером коне, близнецы кружат на расписной деревянной печи. Взлетает на синей ракете Ира. Быстрее! Быстрее! Кружатся все и раскачиваются. Выше! Выше! И вот уже один не видит другого, а сам мчит по своему пути, на собственной карусельно-качельной сказке…
