А я делала все, что могла: закалывала платье на Заре, помогала Марте чистить овощи, бродила по саду, обрывая увядшие лепестки астр и роз, и боролась с неопределенной, накатившей на меня тоской.
А позже, стоя в залитой закатным солнцем гостиной, слушая торжественную речь Ремара, глядя на счастливого Лейфера и смущенную Зару, представляла себя на ее месте. Мы будем точно так же стоять в центре огромного гулкого зала, и слова Ремара будут эхом отдаваться от увешанных гобеленами стен. Ален будет крепко держать меня за руку, по телу разбегутся искры, а в крови вспыхнут яркие молнии нашей любви.
И Ален назовет меня своей женой. Перед стихиями и людьми.
Кто-то из детей шевельнулся в животе. Я нежно прижала к нему ладонь, еле слышно прошептав:
- Все так и будет. Поверь мне.
Глава 34.
- Давай, Элька, соберись. У тебя уже почти получилось.
Ивэн небрежно подхватил со стола неподвижное тельце крысы и бросил его в угол, посылая вслед пульсар. Трупик исчез в трескучей зеленой вспышке.
- Последний раз, и хватит на сегодня.
- Так и крыс уже не осталось, - устало заметила я, встряхивая кистями рук и морально готовясь к новой попытке освоить гхырово заклинание.
- Завтра еще наловим, не переживай, - утешил меня колдун. - Время есть. Ты и так далеко продвинулась и за оставшиеся пять дней успеешь отточить заклинание. Все будет хорошо.
- Конечно, будет, - не очень уверенно отозвалась я. Последние два дня на меня все чаще накатывали приступы паники, справляться с которыми становилось сложнее и сложнее. Да, я вызубрила формулу, в принципе, верно применяла ее, но, когда дело доходило до практических результатов… Я подчиняла себе сознание крысы, научилась собирать сущность в крохотный невесомый комочек, а потом… Потом что-то происходило, и лежащая на столе ворона не хотела оживать.
А что хуже всего: я боялась. Невыразимо, смертельно боялась. У меня нет возможности тренироваться на людях, а человек не крыса. Ален с Нааль не противный грызун. Их сознания колоссально отличаются. Удастся мне отделить Алена от демонши? Справиться с отчаянно сопротивляющейся сущностью? А никто не мог дать гарантии, что Нааль согласится со мной сотрудничать. Правда, проблема ее переселения меня не особенно волновала. Станет Амаранта Нааль, не станет - мне все равно. Главное, чтобы она больше не сидела в теле моего любимого мужчины.
- Все будет хорошо, - повторил Ивэн. Я с подозрением покосилась на него и проверила блок. В последнее время мне приходилось постоянно контролировать его. Нет, блок стоял, надежно скрывая мои мысли от любого любопытствующего. Очевидно, колдун просто понимал обуревающие меня эмоции.
- Начинаем.
Ивэн встал позади, кладя руки на мои плечи. Вздохнув, я привычно сосредоточилась и начала воспроизводить формулу, выстраивая канал между собой и тушкой крысы на столе. Крохотные искорки в прозрачной тьме, которые надо смести в один комок, преодолевая их сопротивление. Точно рассчитанное усилие для того, чтобы поднять светящееся облачко и осторожно направить его в неприятно пульсирующий жгут. Разрыв канала и закрепление искрящегося сгустка в непроглядном мраке.
Все. Можно раскрыть глаза.
- Получилось? - недоверчиво проговорила я, со смесью ужаса и восторга разглядывая шевелящуюся ворону.
- Кажется, да, - удовлетворенно отозвался Ивэн и убрал руки.
- Впечатляюще, - восхищенно произнесли от двери. Я порывисто развернулась, пошатнувшись от излишне резкого движения, и расслабила уже сложенные в защитном заклинании пальцы.
- Ремар? Ты принес?
- Я же обещал, - успокаивающе хмыкнул князь, проходя в помещение и засовывая руку в карман. - Держи.
На его раскрытой ладони лежал камень размером с голубиное яйцо. Темный, точнее, черный, словно втягивающий в себя свет и не выпускающий его наружу. Я осторожно дотронулась до него, подспудно опасаясь, что камень окажется холодным, как лед. Ничего подобного. Обычный камень, слегка нагревшийся в кармане Ремара. Вот только…
В сознании назойливо закопошилось воспоминание, расталкивающее остальные и выползающее на поверхность. В животе возникла нехорошая пустота. Ноги подогнулись, и мне пришлось опереться бедром о стол, на котором пыталась подняться на лапы ворона. Губы внезапно онемели, и мне пришлось постараться, чтобы внятно проговорить:
- Мораввен вставлял другой алмаз. Тоже темный, но в лунном свете камень искрился.
- Ты уверена? - уточнил Ремар.
- Абсолютно.
- Элька, не обижайся, - хмуро попросил он. - Ты понимаешь, насколько это важно.
- Да. Камень искрился.
- Я помню алмаз, который украл Мораввен, поскольку работал с ним. Он был точно таким же, как этот: черным, без всяких искр. Так что или Великий Магистр использовал другой камень, или ты ошиблась. Ни первый, ни второй вариант мне не нравятся.
- Есть еще третий, - встрял Ивэн. - Над алмазом могли провести какой-нибудь обряд.
Колдун взял драгоценность с ладони Ремара, подвесил в воздухе еще один пульсар и в его свете стал внимательно изучать камень. В моей памяти что-то щелкнуло.
