- Странно, - бормочет Рихард, пристально разглядывая бродящих между рядами горожан. Рынок нельзя назвать многолюдным – кажется, продавцов больше, чем покупателей. Но ни среди первых, ни среди вторых нет ни светловолосого мужчины, ни эльфа, ни варвара с островов.
- Могу поклясться, что нож находится буквально в двух шагах отсюда, - хрипло произносит Рихард. Внезапно он спрыгивает с коня и хватает за руку бабку в цветном полушалке, сосредоточенно разрезающую на куски кочаны квашеной капусты.
- Откуда у тебя это?
Бабка оторопело смотрит сначала на незнакомого ей человека в мантии мага, потом на нож, который сжимают ее пальцы.
- А что? – возмущается она. – Какого гхыра ты, вышган брынный, хватаешь меня? Кадей, шетт тебя побери, глянь, кто на меня глаза свои бесстыжие пялит!
- Откуда у тебя этот нож? – не обращая внимания на брань, повторно спрашивает Рихард.
- А тебе-то что? Мой он, и весь сказ. Еще мой дед его ковал, вон, смотри, зарубка, кою мой батя оставил, чтоб его мракобесы на том свете базгали каждый день!
- Откуда у тебя… - в третий раз с безнадежной настойчивостью повторяет Рихард.
- Очевидно, проводник оказался не таким варваром, как ты считал, - холодно произносит Мораввен. – Едем в «Толстого русала».
Процессия разворачивается и, сопровождаемая победными возгласами бабки, выезжает на площадь с храмом. В лицо ударяет порыв холодного ветра, пахнущего гниющими водорослями. Я невольно закрываю глаза, а, открыв их, оказываюсь в знакомом зале таверны с нарисованным на стене русалом. Только вот сети у него в руках сейчас нет. Она снята и разложена на двух сдвинутых столах, и девушка-служанка, постоянно ойкая и отдергивая уколотые пальцы, выпутывает из нее остатки чучела. Я с раскаянием понимаю, что являюсь причиной ее страданий – именно моя голова вошла в соприкосновение с рыбой. Вторая служанка, стоя на коленях, оттирает пол. Сам хозяин – крупный полуголый мужчина со шрамом на левой щеке, бывший моряк, о чем недвусмысленно сообщают татуировки на плечах и груди - занят ремонтом сломанных скамеек. Он поворачивается к двери и раздраженно рявкает:
- Закрыто!
