Лицо Бикташа, с падающими ниже уголков губ усами, было невозмутимо спокойным, он даже не пошевелился при упоминании своего воинства, продолжая хранить молчание. И все-таки речь ветлужца каким-то краем задела предводителя угров, просто Юсуф не мог этого разглядеть. Это было заметно хотя бы по той горячности, с которой посланник наместника вновь бросился возражать на прозвучавшее предложение:
— Нет! Я и так снизошел к вам, дав возможность работать на благо Великого Булгара!
— Но ты же предлагаешь нам разоружиться…
— Здесь нечего делать ульчийцам с мечами в руках!
— Неужели?.. — хмыкнул полусотник. — Насколько я слышал, вашего царя в древности называли также малик ас-сакалиба — царь людей словенского языка. Да и теперь они вам не чужды, учитывая, что я видел среди вас воинов разной крови…
— Ты читал арабские книги? Может быть, записи Ибн Фадлана? — удивленно вскинул брови Масгут.
— Не сам! — уточнил полусотник. — Но у нас есть один знаток арабской словесности, вот с его слов…
— Тогда послушай меня! — перебил ветлужца Масгут и досадливо поморщился. — Арабы никогда не утруждали себя познанием отличий нашего народа от дунайских булгар. Иначе бы не писали, что от нас до хазар дальше, чем от ромейских границ до упомянутых тобой ас-сакалиба! При всем своем могуществе ваш Царьград столь близко к нам не приближался… Так что ты неверно оцениваешь это название! Нет никакого величия в том, чтобы быть царем диких племен, погрязших в своем невежестве! — Булгарец поймал недоуменный взгляд своего сотника, до сих пор безразлично прислушивающегося к разговору, и поправился, натужно рассмеявшись: — Я имею в виду именно людишек словенского языка, тобой упомянутых. Однако ты прав, мы совсем не против ими владеть и брать с них подати…
— Хорошо! — вмешался воевода, пытаясь пресечь спор на корню. — Приходи осенью, и мы дадим тебе дань! Точно такую же, что вы берете с ветлужского кугуза.
— Нет! — резко осадил его посланник наместника, презрительно выпятив нижнюю губу. — Вам пристало платить так же, как и остальным земледельцам-язычникам! Вы без спроса осели на нашей земле, но я не буду вас гнать отсюда, как и требовать подати за весь прошедший срок! Наш наместник слишком добр для этого, и поэтому я ограничусь лишь одним годом! Но учти, что для кара-чирмышей это вдвое от того, что платят в мирное время воины на моих лодьях!
«Заманивает? — недоверчиво хмыкнул Юсуф и тут же ответил на свой вопрос: — Заманивает! Ему нужно, чтобы ветлужцы сами предложили свои услуги!»
— Кроме того, я возьму оброк на мечети и заставлю вас исполнять прочие повинности по первому моему требованию! — продолжал гнуть свою линию Масгут. — И не забывай про пошлину на иноземное железо! Лишь булгарским купцам позволено торговать на нашей земле!
«Вот ты и выпустил джинна на волю своим болтливым языком! — Юсуф успокоился и стал заинтересованно ждать продолжения спора. — Теперь жди ответа!»
— Кхе… Но ты же считаешь нас теперь булгарскими подданными, раз требуешь подати за этот год? А это значит, что такого мыта мы платить не должны! — тут же подтвердил купеческие мысли полусотник. — Эх! Все-таки придется нам писать грамотку царю Шамгуну с перечислением всех обид и пошлин, которые взыскали задним числом… э-э-э… то есть не поставив нас заранее в известность. В знак уважения к вашему правителю мы даже попробуем написать один из вариантов арабским письмом… И, предвосхищая твой вопрос, сразу отвечу, что весточку доставят точно по назначению: у нас есть кое-какие торговые связи в Булгаре, а серебро преодолеет остальные препятствия.
По нахмурившемуся лбу посланника было заметно, что решение неожиданно возникшей проблемы требует от него некоторых неординарных умственных усилий. Спустя минуту размышлений он все-таки выдал ответ:
— Что ж… я не требую с вас подати немедленно. Ныне я лишь поставил вас в известность, а возьму их, как только наступят холода. Как раз минует год, за который с вас причитается оброк! К этому времени вы вполне успеете собрать весь урожай и набить свои закрома, хотя должен признаться, что серебро, мех и железо будут мной оцениваться гораздо выше, чем все остальное. Тогда же я привезу сюда своего человека, который и будет подсчитывать, сколько нужно с вас брать! Поэтому не пытайтесь меня обмануть в первый же раз! Также вам следует подготовить жилье для посадника и его охраны, да и их прокорм на вашей совести… Что же касается мыта на ввезенные товары, то я в своем праве! Железо сие появилось у вас задолго до начала года, не так ли? Я не буду вас карать за нарушение наших законов, но уж десятую часть от привезенного вы должны будете в казну заплатить! И немедля!
— Хм… Судя по всему, уважаемый Масгут, ты отсчитываешь для нас год не с прошлой весны, как принято у многих племен словенского языка, а только с начала осени?
— Именно так, ульчиец, подсчитывают у вас на Руси дни! Вы переняли в Царьграде не только веру, но и счет времени!
