– А если я попрошу тебя это сделать, не прибегая к твоим способностям? Что, если я просто желаю, чтобы ты выбросилась из этого окна?
Мощная волна обжигающего жара плотно запечатывает мой рот. Связывает мне руки. У меня не получается разодрать губы, жуткая атака.
Это часть испытания.
Должно быть, Андерсон проверяет мою преданность.
Должно быть, он пытается заманить меня в ловушку сиюминутного непокорства. А значит, надо себя проявить. Доказать верность.
Огромное количество сверхъестественных способностей уходит на то, чтобы дать отпор тем невидимым силам, что затыкают мне рот. И все же я справляюсь. И когда наконец обретаю способность говорить, произношу:
– Я бы с радостью выполнила ваш приказ, сэр.
Андерсон подходит еще на шаг ближе, в его глазах проблескивает что-то… Что-то совершенно новое. Что-то сравнимое с восхищением.
– Ты бы на это пошла?
– Так точно, сэр.
– Ты бы сделала все, что бы я ни попросил? Без ограничений?
– Так точно, сэр.
Андерсон удерживает на мне взгляд, подносит запястье ко рту и тихо произносит:
– Сюда. Живо.
И опускает руку.
Сердце начинает бешено колотиться. Андерсон отказывается отводить от меня взгляд, с каждой секундой цвет его синих глаз становится ярче, насыщеннее. Словно он в курсе, что одного лишь взгляда достаточно, чтобы выбить меня из колеи. А затем, без предупреждения, хватает меня за запястье. И я слишком поздно понимаю, что он проверяет пульс.
– Так быстро бьется… – ласково произносит он. – Как маленькая пташка. Признавайся, Джульетта, ты боишься?
– Никак нет, сэр.
– Взволнована?
– Я… я не знаю, сэр.
Дверь открывается, и Андерсон отпускает мою руку. Впервые за последние несколько минут он отводит от меня взгляд, наконец разрывая болезненную связь. Меня отпускает; опомнившись, я мгновенно вытягиваюсь в струну.
В дверях появляется мужчина.
Темноволосый, темноглазый, с бледной кожей. Молодой, думаю, моложе, чем Андерсон, однако старше меня. На голове у него гарнитура.
Мужчина замер в нерешительности.
– Джульетта, это Дарий.
Я разворачиваюсь к Дарию лицом. Он как воды в рот набрал. Застыл на месте.
– Услуги Дария мне больше не понадобятся. – С этими словами Андерсон бросает на меня взгляд.
Дарий бледнеет. Даже издалека видно, что его начинает трясти.
– Сэр? – непонимающе переспрашиваю я.
– А что не ясно? – удивляется Андерсон. – Я хочу, чтобы ты от него избавилась.
На меня снисходит понимание.
– Конечно, сэр.
В тот миг, как я поворачиваюсь к Дарию, он кричит. Пронзительный, леденящий кровь звук режет ухо. Мужчина делает попытку сбежать. Круто разворачиваясь, я выбрасываю вперед руку и останавливаю его своей силой. Весь оставшийся до дверного проема путь он просто летит; его тело впечатывается в стальную стену.
С тихим стоном он сползает на пол.
Я раскрываю ладонь. Дарий кричит.
Внутри меня, зажигая кровь, нарастает сила. Пьянящее ощущение. Восхитительное.
Я поднимаю руку. Тело Дария отрывается от пола, голова в предсмертной агонии запрокинута назад, тело пронзают невидимые стержни. Он не перестает кричать, звук проникает в мои уши, рождая эндорфины. Кожа зудит от энергии, что я получаю от него. Я смыкаю веки.
А затем – сжимаю кулак.
Новые крики эхом разносятся по гигантскому, похожему на пещеру пространству. Улыбка трогает уголки моих губ, и я растворяюсь в свободе, что дарует мне сила. Мне отрадно все: и то, что можно так вольно использовать силу, и то, что наконец можно себя не сдерживать.
Мои глаза открыты, веки подрагивают, я словно одурманена, безумно счастлива, наблюдая, как его подвешенное тело заходится в конвульсиях. Кровь фонтаном брызжет из носа Дария, булькает в открытом, ловящем воздух рту. Он захлебывается. Уже при смерти. А я только нача…
Огонь покидает мое тело так внезапно, что я оступаюсь. Дарий падает на пол, раздается треск сломанных костей. Безысходная пустота прожигает меня насквозь, оставляя после себя слабость. Я воздеваю руки словно в молитве, пытаясь разобраться, что произошло, разворачиваюсь, пытаясь понять…
Андерсон держит меня на мушке.
Я опускаю руки.
Андерсон опускает оружие.
Внутри меня опять нарастает сила, и я благодарно вдыхаю полной грудью, чувствуя облегчение, когда сила, растекаясь по венам, вновь наполняет мое сознание. Я пару раз моргаю, пытаясь привести мысли в порядок, однако жалкий, отчаянный скулеж Дария возвращает меня к действительности. Смотрю на его искалеченное тело и лужи крови на полу, и внутри ерзает досада.
– Невероятно.
Я разворачиваюсь. Андерсон смотрит на меня с неприкрытым изумлением.
– Невероятно, – повторяет он. – Это было невероятно.
Я в ответ смотрю на него с сомнением.
– Что ты чувствуешь? – интересуется он.
– Разочарование, сэр.
Он сдвигает брови.
– Почему?
– Потому что он еще жив, сэр. – Бросаю на Дария беглый взгляд. – Я не доделала работу.
На лице Андерсона расцветает улыбка. Он кажется моложе. Он кажется добрым. Он кажется прекрасным.
– Бог мой, – шепчет он. – Да ты само совершенство.
– Эй, – зову я. – Подожди!
