Похоже, это не за мной! Но что это? На город кто-то напал? Птица двигалась по направлению к замку графа…
Ай, чёрт, сейчас не до этого, нужно спрятаться.
Бдыньк!
Сообщение? Наверное, это Амина.
Я достал дощечку связи и начал читать.
Ответив на сообщение, я направился к дому Карии, вернул себе человеческий облик и постучал.
Ну где она там…? Чего так долго?
Кария открыла дверь где-то через десять томительных минут, облачённая в фартук на практически голое тело и вся в крови с головы до ног, да ещё и с тесаком в руке.
— Сэм? — она сначала удивилась, а потом ярко улыбнулась. — Привет!
— Привет, Кария… — меня бросило в дрожь от её вида. — Что это ты делаешь? Откуда столько крови? И это…
— Ааа, ой, — она опустила тесак вниз и как-то виновато улыбнулась. — Я тут жабку разделываю, оттуда и кровь, заходи давай, ты же пришёл переночевать?
— Да. — я кивнул и вошёл в дом.
В просторном зале переговорной находилось более десятка человек, и большая часть, а именно двенадцать из них, выстроились плечом к плечу.
Недалеко от линии рабов стояли молодая девушка в костюме горничной и сгорбленный старик с седыми длинными волосами, одетый в старую и дешёвую одежду. И только один человек из всех присутствующих метался из стороны в сторону, проходя мимо рабов.
Мужчина в дорогой роскошной одежде рассматривал каждого стоящего в линии от ног до головы, имея при этом весьма задумчивый вид.
Это лучшие рабы, собранные за год… — задумался Герман, руководитель компании «Невольная птица». — За их жизни я получу кругленькую сумму и смогу наконец покинуть это умирающее графство.
Но… мне даже жаль, что придётся так скоро уехать. Этот город долго был моим домом, а я по своей природе не люблю путешествовать. Думал, что наконец-то нашел спокойное место, где смогу жить до глубокой старости, но, видимо, не судьба.
Всё стало настолько плохо, что даже высшее сословие не покупает моих рабов. Нищета разрастается с каждым днем всё больше, и если тянуть с решением, то так можно и разориться…
Тем более… это бесчеловечное распоряжение графа о предоставлении рабов в армию сказывается на моих финансах не лучшим образом. До сего дня мне еще удавалось отправлять больных, старых и немощных, но таких уже не осталось…
Мужчина вернулся в начало строя, осмотрел первого раба и вновь задумался.
Отлично. Молод, силён, красив и умеет работать руками. В Сорканде такого купят и за четыреста монет, а если устроить аукцион, то и гораздо больше.
Герман перевёл взгляд на рядом стоящего раба, им была девушка с утончённой фигурой, красивой улыбкой и необычным цветом глаз.
Эта… невзирая на её прошлое, тоже уйдёт за хорошую сумму, может, удастся продать и за пять сотен. Жаль, что такую нельзя выставить на аукцион, ведь придётся рассказывать, какое именно преступление она совершила, а это может дурно сказаться на репутации компании. С другой стороны, если сделать всё тихо, устроить закрытый показ, то… подобную красавицу просто с руками оторвут.
Таким образом, подходя к каждому рабу в линии, Герман еще раз обдумал всю возможную прибыль, что сможет получить, после чего обернулся и громко заговорил:
— Завтра все вы отправитесь в долгую дорогу. По прибытию вас встретят в одном из наших филиалов, а после передадут в хорошие руки. — он сделал паузу и проверил реакцию рабов на сказанное. — Вы знаете о последствиях побега, поэтому уверен, что неприятностей не доставите.
Рабы лишь кивнули, услышав его слова, продолжив стоять молча и практически не двигаясь, и, казалось, даже не дыша. Каждый из них прошёл специальную тренировку, их обучали не только этикету и тому, как служить и как ублажать, но и законам, правилам, и даже вложили в их головы немного знаний. Их хорошо кормили и лечили, а также заставляли заниматься физическими упражнениями, чтобы поддерживать форму.
Мужчина продолжил осматривать рабов поочерёдно, раздевая и теперь уже обращая внимание на их интимные зоны и на то, как они реагируют на прикосновения. Затем, когда он убедился, что все готовы, начал отпускать их отдыхать, а когда остались последние двое, он глянул в сторону дверей и, убедившись, что те закрыты, сказал:
— Напоминаю, что вы должны следить за другими рабами, а также и за авантюристами.
— Могут быть проблемы, господин? — тихо, но в то же время отчётливо послышался мужской голос.
Герман посмотрел в глаза молодого парня, достаточно тощего, но сквозь рубашку которого виднелись очертания мышц.
— Проблемы всегда могут быть. — ответил Герман. — Так что сохраняйте бдительность. В вашу еду будут подмешивать зелье из глюкамора, так что съедайте всё до последней крошки.
— Да, господин. — ответили они хором.
— Можете идти.
Рабы ушли, а Герман повернулся к старику, и тот сразу же спросил:
— Вы не доверяете авантюристам?
