– К сожалению, некоторые из них носят криминальный характер, – заметила Надя. – Полтора года тому назад ушли и дома и не вернулись три женщины в возрасте от 50-и до 65-и. Одна из них моя мать. Я мобилизовала на поиски всех – как оперативников, так и волонтёров. Они прочесали окрестные леса, опросили родственников, знакомых. И, наконец, напали на след. Один из таксистов видел, как все три женщины садились в машину на Вокзальной площади. Автомобиль он описал, но номер был забрызган. Уже к вечеру я вновь приступила к осмотру маминого дома. И, к своему ужасу, обнаружила в постели её окоченевший труп. Она женщина худенькая, миниатюрная. Голова и туловище были прикрыты пышным одеялом. Неужели мама с самого начала лежала на своей кровати, и мы её просто не заметили? Нет, этого не может быть! Тем более что тела её подруг также обнаружили в собственных постелях. У всех троих отсутствовали признаки насилия. Экспертиза подтвердила, что смерть наступила в результате внезапной остановки сердца. Опрос соседей ни к чему не привёл. Было установлено примерное время, когда женщины ушли из дома. Но никто не видел, как они вернулись. Не было свидетелей и того, что кто-то посторонний проникал в дом. Я внимательно просмотрела семейные альбомы. Внимание привлекла одна фотография, на который две подруги разговаривают с незнакомым мне мужчиной. Её нашли случайно. Фотография почему-то была вложена между страницами потрёпанного томика рассказов Эдгара По. Личность мужчины установить не удалось. Дело вскоре закрыли за отсутствием состава преступления. Напрасно я обращалась к начальству с требованием продолжить расследование. Некоторые обстоятельства выглядели по меньшей мере странно. Во-первых, на лице всех троих застыла маска ужаса. Во-вторых, смерть наступила примерно в одно и то же время – через два часа после того, как женщин видели на Вокзальной площади. Машина, в которую они сели, двинулась в сторону Москвы. Камера зафиксировала её поворот на Литейную улицу. И всё. Больше никаких следов. Серьёзных автодорожных происшествий в этот отрезок времени зафиксировано не было.
– Могу я взглянуть на фотографию?
– Да, она у меня с собой. Я и ношу её для того, чтобы установить личность незнакомца.
Я долго и внимательно разглядывала снимок. Все трое явно не позировали фотографу. Скорее всего их сняли не заметно для них.
– Мне кажется, что я узнаю его этого мужчину. У меня странное чувство, что мы встречались с ним на протяжении всей моей жизни. Но запомнила я его таким, каким увидела двадцать лет тому назад.
В те времена, когда на месте элитного московского микрорайона находилась небольшая деревня Куркино, я покупала там у фермера парное козье молоко. Весь путь до его дома мы с моим мужем Антоном проделывали пешком, взяв с собой далматина Басю. Иногда приходилось ждать, пока жена фермера подоит коз. И мы договорились, что будем приходить позже, а две бутылки молока будут оставлять для нас на крыльце.
Я так любила козье молоко, что сразу выпивала свою до дна. Но в тот день мне показалось, что у молока странный привкус. Антон сделал глоток из своей бутылки.
– Вероятно, заменили фураж, – предположил он.
Мы отправились в обратный путь по тропинке, проложенной через море высокотравья и полевых цветов.
Внезапно я почувствовала, что ощущение реальности покидает меня. Ландшафт начал менять свои очертания, земля уходила из-под ног. Зазвучала неземная музыка. Возле болота словно ниоткуда появился мужчина в чёрном.
– Антон, он предупреждает меня об опасности!
– Кто он? Я никого не вижу!
Далматин Бася занервничала и натянула поводок. Человек в чёрном исчез, словно болотная тина поглотила его. Но на том месте нарисовалась группа парней. Они вели себя не адекватно: размахивали руками, матерились.
Один из парней достал нож и, шатаясь, направился к нам.
– Это наркоманы!
Я выпустила поводок. Бася взвилась в воздух и вцепилась зубами в руку, державшую нож. Мы с Антоном побежали в сторону леса под гогот и улюканье упыханных парней…
Дома я первым делом включила компьютер и начала описывать опасное приключение. Кто-то постучался в дверь. Я посмотрела в глазок и увидела того мужчину в чёрном. Открыла дверь. Он вошёл и обнял меня. И каждое его прикосновение окунало меня в омут блаженства. Этот мужчина начал приходить ко мне каждую ночь. Я не спрашивала, откуда он явился – из рая или ада. Я ждала его, я мечтала о нём как страдающий от жажды мечтает о глотке воды. Муж ничего не замечал. А я не понимала, что это – безумие или нечто неведомое.
Однажды, помню, я стояла на мосту. Мне казалось, что вода подо мной это чёрная бездна, которая манит, зовёт: «Один лишь шаг, и твоим мучениям настанет конец».
Вдруг кто-то обнял меня за плечи. Я не могла обернуться, чтобы увидеть его лицо.
– Я твоя Тень. Я не позволю тебе сделать смертельный прыжок. Люди, одолеваемые страстями, иногда переоценивают свои возможности. Неосуществлённые желания испепеляют их душу.
Он засмеялся и отпустил меня. Я обернулась и увидела мужчину в чёрном…
