Поднялся ветер, и подрывник зябко поежился, вспомнив вдруг, что куртку он оставил с остальными вещами.
- Я скучаю по работе, – неожиданно сказал он, вздрогнув от звука собственного голоса. Слова вырвались сами собой, он едва заметно дернул плечом.
- По чему именно? По взрывам? Убийствам? Вечно чего-то требующему Пейну? – с долей сарказма спросил кукольник, слегка повернув к нему голову. Дей улыбнулся.
- Честно говоря, и по этому тоже. Я, вроде как, привык жить на постоянном адреналине, да и... – он запнулся и вздохнул. – Там мы были хоть чем-то заняты. Я чувствовал себя полезным.
Сасори отвел взгляд. На самом деле, он чувствовал нечто похожее, хоть и старательно не обращал на это внимания.
- Мы всегда можем податься в наемники. Как Кисаме с Зецу, – его едва заметно передернуло при упоминании бывших коллег. – Скажем… в той же Суне мы отлично себя зарекомендовали, – с намеком на ухмылку предположил он.
- Точно, – кивнул Дей. – Разнести пол деревни – это отличная рекомендация.
Блондин обернулся к Сасори, и чуть прищурив глаза, внимательно посмотрел на него.
- Или ты согласен на тот безумный план с Казекаге? – с хитрым блеском в глазах спросил он, вспомнив вдруг, как пару дней назад он собирался переодеть кукольника и пойти доводить Гаару до нервного срыва. Акасуна усмехнулся.
- На самом деле, мне уже так скучно, что я согласен даже на этот план.
- Если уж идти туда, то прям так, думаю, и без переодеваний фурор произведем. Если выживем на подходе к деревне.
Оба тихо рассмеялись. Сасори задумался.
- Серьезно. Можно посмотреть, что там изменилось. Только тогда нам назад нужно идти, – вздохнул он, потерев переносицу костяшкой пальца. Тсукури закатил глаза.
- Это ты рванул куда-то, хотя ничего не предвещало беды.
Кукольник фыркнул и поднялся на ноги.
- В любом случае, для начала я предложил бы выспаться.
- Предложение хорошее. Для того, кто десять часов без передышки куда-то летит, не желая остановиться перекусить.
Теперь уже Акасуна закатил глаза и молча протянул руку зловредному блондину, помогая встать.
Они вернулись на поляну. Дей улегся рядом с костром, завернувшись в куртку, а Сасори все сновал туда-сюда, веселя этим подрывника.
“Странно, обычно это я долго бегаю, прежде, чем лечь наконец”
В конце концов, он вздохнул и, не выдержав, сказал:
- Да угомонись ты, ложись спать.
Акасуна опустился рядом. Почему-то спать совсем не хотелось, видимо, сказывалось совершенное и абсолютное бездействие. Только блондин считал иначе. Повалив Сасори рядом, он оперся на него, не давая подняться, и проворчал:
- Ложись, говорю, уснешь рано или поздно. Достал бегать уже. Если ты не поспишь, то опять будешь завтра весь день в паршивом настроении. Это раздражает.
Акасуна открыл рот, собираясь возмутиться, но передумал и вздохнул.
- Да… Может быть...
- Точно тебе говорю, – с уверенностью заявил Дей. – И еще... Завтра мы полетим. И даже не думай опять начинать, что ты этого не любишь, и бла-бла-бла. Потерпишь. Иначе мы доберемся только к следующему вечеру.
Кукольник промолчал, только обнял его, притянув к себе. Спать вместе было теплее. Может быть, этим он и руководствовался. А может, просто так хотел. Кто его знает.
“Кажется, спать вместе становится у нас закономерностью. Еще немного, и превратится в привычку”, – с улыбкой подумал блондин и прикрыл глаза. Он был совершенно не против новой привычки. В конце концов, новые привычки означали новую жизнь.
Когда утром Акасуна открыл глаза, Дей спал, распластавшись звездочкой поверх него. Кукольник, недолго думая, скинул его. Блондин, прокатившись по земле, скрылся в ближайших кустах.
- Мог бы приличия ради и полежать еще минут десять. Или хотя бы скидывать аккуратнее, – проворчал он, выползая из зарослей и вытягивая за собой куртку. Правда, когда его взгляд наткнулся на эту наглую физиономию, он понял, что такое понятие как “ради приличия” вообще не существует в лексиконе Сасори. Плюнув, Дей поднялся на ноги и, потянувшись, зевнул.
- Есть чего поесть? – первым же делом спросил блондин, потирая все еще сонные глаза. Акасуна кивнул на сумку. Два раза показывать не пришлось – подрывник тут же с энтузиазмом зарылся в нее. Кукольник окинул его взглядом и, покачав головой, отвернулся, занявшись костром.
- У тебя репей в волосах, – сообщил он. Дей только хмыкнул из сумки.
- Возьми и вытащи тогда, ты же в этом виноват.
Сасори усмехнулся. Закончив разводить огонь, он поставил греться воду и подошел к блондину, усевшись рядом.
- Сиди смирно.
Он начал аккуратно вытаскивать надоедливые колючки из волос Тсукури, перебирая прядь за прядью. Дей перестал копошиться в сумке и, замерев, прикрыл глаза, наслаждаясь этими прикосновениями, слегка удивляясь их мягкости. Повернув голову, он встретился взглядом с кукольником. Тот чуть нахмурился, видимо собираясь сказать, что он просил сидеть смирно, но эти слова застряли в горле, столкнувшись с каким-то непонятным выражением в глазах подрывника, и, в конце концов, он просто закрыл рот, продолжив свое занятие. Блондин снова отвернулся, позволяя Акасуне закончить.
