“Вот же гадство”, – рассеянно подумал он и взглянул в лицо спящего рядом Акасуны. Высвободившись из его объятий, он аккуратно и очень медленно встал. Мир кружился перед глазами, заставив блондина снова зажмуриться и сесть обратно, сдерживая подступающую тошноту. Переведя дыхание, подрывник предпринял еще одну попытку, стараясь не обращать внимания на кульбиты, выписываемые мебелью. Едва ли не ползком он дошел до двери и вышел из комнаты. Опираясь на стену, он сделал еще пару шагов и остановился, прислонившись к ней спиной, прикрыв глаза. Сил было чертовски мало, да и они быстро испарялись.
- Куда ты поперся?
Дей вздрогнул, открыв глаза. В дверях спальни стоял кукольник, внимательно глядя на блондина. Вздохнув, он подошел к нему и, придерживая за плечи, довел до дивана, усадив на него пошатнувшегося парня.
- Как ты себя чувствуешь? Отвести тебя в ванную?
- Вот туда я и поперся. Правда, не подрасчитал, видимо, – вздохнул Дей, откинувшись на спинку дивана и потирая глаза. Даже в предрассветной темноте было видно, как он побледнел.
- Пожалуй, да, помощь мне не помешает... – все-таки ответил он. – Дай мне минуту.
Он закрыл глаза, сглотнув. Мир снова вращался бешеным калейдоскопом. Сасори присел рядом, дотронувшись до его плеча.
- Тебе совсем плохо? – спросил Акасуна, и без того очевидную, вещь и, не дожидаясь ответа, сказал. – Давай-ка на руках тебя покатаю. А потом приготовлю что-нибудь вкусное. Хочешь?
Дей даже руки от лица убрал. Может быть Сасори и чувствовал себя виноватым, но чтобы такое…
“А почему нет”
- Да. Хочу, – ответил он. Даже если это и была очередная игра его странноватого и, все больше вгоняющего блондина в ступор, напарника, то она ему пока нравилась. Акасуна поднялся, подхватив его на руки. Выйдя на минуту из ванной, он дал парню уединиться, а потом вошел обратно, чтобы помочь умыться и привести в порядок волосы. Когда они закончили, он снова подхватил подрывника на руки и отнес обратно в зал на диван.
- Отдыхай. А я пока приготовлю нам поесть.
- Хорошо, – глухо отозвался Дей. Когда кукольник вышел из комнаты, он повалился на диван и крепко зажмурился. Его начинал раздражать этот калейдоскоп, но хуже было то, что в груди надсадно ныло. Прошлым вечером он не обратил на это внимания, но прошлым вечером болело абсолютно все. Блондин за свою залетную жизнь много чего ломал, но ребра и ключицы были просто адовым местом. О том, что ему снова не повезло, Сасори ему не говорил. Кукольник вообще словом не обмолвился о степени повреждения, но Дей и не спрашивал. Он знал, что Акасуна свое дело знает, в конце концов, работали они вместе уже много лет, и его напарник латал его ни один раз.
Вскоре Сасори вернулся с подносом и, присев к блондину, поставил его на кофейный столик перед диваном.
- Я подумал, что со стула ты навернешься, – усмехнулся он, помогая подрывнику принять вертикальное положение и передавая ему тарелку. – Ты как? Взгляд у тебя какой-то мутный.
Убрав волосы с лица Дея, парень вгляделся в его бледное лицо. Тот только пожал плечами, потерев рукой грудь.
- Болит, зараза, – поморщился он. – Ничего, переживу. И похуже бывало.
“Не твоими руками, правда, но бывало”, – усмехнулся блондин своим мыслям и принялся за еду. Кукольник, вздохнув, поднялся и, отойдя на пару секунд, вернулся с обезболивающим.
- Выпьешь после еды.
Дей кивнул, не отрываясь от тарелки. Много времени ему не понадобилось, минут через 15 он закончил, проглотив на десерт таблетки. Акасуна сидел рядом, задумчиво глядя куда-то сквозь стену. Блондин вздохнул и, протянув руку, стукнул пальцем по его лбу.
- Хватит загружаться. Ты себя этим когда-нибудь в могилу сведешь, я тебе сколько раз говорил.
Сасори моргнул, фокусируя на нем взгляд, и улыбнулся уголками губ.
- Много. Ты говорил это много раз.
Слегка подтолкнув подрывника в плечо, кукольник заставил его лечь и сам лег рядом. Блондин прикрыл глаза, прижимаясь к его груди спиной. Сасори обнимал его аккуратно, стараясь не давить на ребра тяжестью руки.
- Странно, что ты не ненавидишь меня после этого, – через какое-то время подал голос Акасуна. Дей слегка улыбнулся, не открывая глаз.
- Я не могу ненавидеть тебя. Ты ведь знаешь. Давно пора привыкнуть к этому, – шепнул он.
- Сильно ты, кажется, головой приложился, – усмехнулся кукольник. – Только вот не помню, в какой раз именно за эти годы.
Блондин наугад ткнул локтем назад. Судя по тихому смеху – попал.
- Не боишься? Когда-нибудь я не смогу остановиться.
- Мне все равно, – тут же ответил Дей. – Тебя всегда периодически заносило. Ну, занесло чуть сильнее, подумаешь. Я не оставлю тебя только потому, что у тебя внезапно сорвало башню немного больше, чем обычно. Можешь считать меня полным психом.
На последней фразе в его голосе послышалась привычная вредность. Сасори закатил глаза.
- Буду. Психопат. Конченый психопат.
Тсукури не ответил. В комнате повисла тишина. За окном медленно разгоралось утро. Дей плавал на границе сна и яви, пока кукольник снова увяз в собственной голове.
- Дей? Ты спишь?
Голос Акасуны вернул подрывника в реальность, и он открыл глаза.
