- Почти не видела, - покачала головой мадам Бонасье. – Господин Атос не покидает спальню Луизы, пока ей так и не стало лучше. Я молюсь за нее, но… Мне страшно, д’Артаньян, мне кажется, ее нельзя спасти.
- Д-да, - пробормотал молодой человек. – То есть, нет, конечно, нет! Она выживет, вот увидите!
Он помедлил и, попросив прощения, откланялся, сославшись на то, что желает сам все увидеть и поговорить с другом.
Второе было правдой, ему было необходимо поговорить с Атосом, хотя рассказывать все, что произошло в домике на берегу Лис, ему не хотелось.
***
Заслышав шаги за дверью, Атос поднялся, посчитав, что лучше говорить с гостем в стороне от кровати девушки. Когда же на пороге появился д’Артаньян, мушкетер, хоть и устало, улыбнулся другу.
- Итак?
- Мы нашли ее, - немедленно отозвался гасконец. – Нам помогли люди графа д’Орбье. Ей не удалось скрыться.
Молодой человек подошел ближе, садясь за стол неподалеку от окна – попытка оказаться хоть в слабом свете, полумрак комнаты давил на него, ему даже подумалось, что это может быть причиной болезни Луизы.
- Что решил милорд?
- Он попытался узнать у городского судьи свои полномочия. Как я понял, у него нет никаких прав.
- Значит, лорду Винтеру будет нужно тайно вывезти ее из Франции, - медленно кивнул Атос. – Если, конечно, у него не будет доказательств ее вины, чтобы наказать преступницу здесь.
- Полагаю, судьи могут оказаться глухи к его воззваниям, - д’Артаньян постарался говорить равнодушно, показывая, что мало заинтересован сам в том, что говорит. – Миледи умеет убеждать в своей правоте.
- Наверное, вы правы…
Атос, приблизившись к другу, теперь не сводил взгляда с кольца с сапфиром на пальце д’Артаньяна.
- Значит, это правда, - прошептал граф.
- Атос, что-то не так? – нахмурился гасконец – разговор принимал странный оборот, это мешало ему высказать то, что волновало его самого. Заметив взгляд друга, д’Артаньян понял, что последуют вопросы и теперь пытался придумать на них ответы. – Вы смотрите на это кольцо?
- Да, - глухо отозвался Атос. – Оно… оно напоминает мне одну фамильную драгоценность.
- Прекрасное кольцо, не правда ли? – гасконец попытался тянуть время.
Откуда у него могло взяться такое? Ну, скажем, это подарок графа д’Орбье. Да, это лучшее, что можно придумать. Верный придворный короля был так признателен за помощь в поимке преступницы, что подарил перстень.
- Великолепное! – мрачно усмехнулся Атос. – Я не думал, что на свете существуют два сапфира такой чистой воды. Это подарок?
- Да.
- Миледи?
Д’Артаньян замялся, не решаясь лгать на такой прямой вопрос. С Атосом всегда было трудно: слишком честный с другими, он всегда ждал столь же честного ответа. Портоса и Арамиса, считавших лукавство и хвастовство не пороком, обманывать было легко. Но не Атоса…
- Я не уверен, что вправе говорить, - осторожно начал гасконец, пытаясь уйти от прямого ответа.
- Вы получили его от Миледи, - глухо произнес Атос тоном, не допускающим возражений, в своей правде он был уверен.
- Вы угадали, - вздохнул д’Артаньян. – Она уверяла меня, что любит. Атос, не подумайте, что я согласился ее спасать!
Мушкетер молчал, думая о своем.
- Атос, поверьте, она даже не просила меня ни о чем подобном! Она попросила меня его взять, как память о ее чувствах. И только!
- Покажите-ка мне это кольцо, - вдруг произнес тот.
Гасконец безропотно снял перстень и протянул другу. Тот, осмотрев внимательно, ненадолго примерил на безымянный палец – кольцо сидело идеально.
- Значит, это оно… и это она, - произнес он отрешенно.
- Вам знакомо это кольцо? – удивился д’Артаньян.
- Смотрите.
Атос протянул перстень гасконцу.
- Я не проверил только одно… Посмотрите вы. На одном из граней сапфира небольшая царапина, причиной был один случай…
Д’Артаньян поднялся, подошел к окну, чтобы лучше разглядеть кольцо. Царапина и в самом деле была. И теперь гасконец терялся в догадках, как могло оказаться, что Атосу знаком этот перстень.
- Но от кого же вам достался этот сапфир, Атос? – спросил он, понимая, что, откуда бы ни был другу знаком перстень, он несомненно принадлежал ему какое-то время. И лучше спросить сразу о главном.
- От моей матери, которая, в свою очередь, получила его от мужа, - отрешенно говорил Атос. – Как я уже сказал вам, это была старинная фамильная драгоценность… и она никогда не должна была уходить из нашей семьи.
- И вы… вы продали ее? – нерешительно спросил д’Артаньян, все еще надеясь на совпадение, хотя подозрения начали просыпаться в нем.
- Нет, - ответил Атос с кривой усмешкой. - Я подарил ее как залог любви, так же, как ее подарили вам, дорогой друг.
Долгое время в комнате царила тишина. Д’Артаньян пытался осознать то, что услышал. Услышал гораздо больше, чем надеялся. Вспомнить историю, рассказанную ему не так давно другом, было нетрудно, как и связать ее с тем, что узнал теперь.
- Вы сказали… это она? – тихо произнес он, словно боясь побеспокоить размышления Атоса.
- Луиза говорила мне раньше… предупреждала, что она выжила. Я не верил. Я не верил до последнего. Но это…
Мушкетер с досадой качнул головой.
- Иного доказательства и не надо.
