Блэквелл подошёл к Алисе и увидел то, что видел со своего места Бальтазар — устрашающее выражение лица Алисы, по лицу которой катились градом слёзы, смывающие кровь с её бледного лица. Яростный взгляд больших серых глаз был устремлён на ворота.
— Я должен туда попасть, нельзя просто повернуть корабль и оставить всё как есть. Если всё так, как говоришь ты, — он взял платок из кармана и осторожно промокнул им кровь, которая ещё не высохла на лице и шее Алисы, — Они должны ответить передо мной.
— Они… они должны умереть, — гневно прошептала Алиса, не сводя взгляд с роковых ворот, — Позвольте мне убить их.
Блэквелл смотрел на неё несколько секунд слишком внимательно, а потом произнёс:
— Нет, — она подняла на него глаза, но это были не все его слова, — Ты истощена, это плохо кончится.
— Вы не войдёте, — шёпотом сказала она и закрыла глаза, — Они никогда не пустят сюда вас, но… — она открыла глаза и решительно посмотрела на своего покровителя, — Герцог дал, Герцог взял. Если ворота сдерживают их от кары океана, то, надо полагать, без ворот им придётся несладко.
Винсент Блэквелл хмыкнул и протянул Алисе ладонь и она, немного помедлив, вложила в неё свою. Это был странный момент, потому что в эти секунды решалась судьба целого народа, хоть и небольшого. Блэквелл приблизился к Алисе, свободной рукой утирая новую слезинку, катящуюся по её щеке, и сказал:
— Я сделаю это за тебя. Знай: никто не имеет права причинять тебе боль, кроме меня. Они ответят за каждую секунду твоей боли десятикратно.
Алиса кровожадно улыбнулась и уже спокойным голосом спросила:
— Я хочу увидеть гибель Атлантиды, мой Герцог.
Он усмехнулся не слишком жизнерадостно:
— Боюсь, это под силу лишь Богам. Я — Примаг.
— Вы себя недооцениваете, Милорд. Вы куда сильнее, чем хотите быть, я говорила вам. Просто… — она смерила недоверчивым взглядом изумруд на его перстне, — Ваш кристалл делает вас слабее.
— И?
— Я буду вашим кристаллом.
— Ты слаба! — возразил он.
— На месть сил хватит.
— Упрямое создание… ладно, только не вкладывай слишком много сил.
Они повернулись к воротам лицом и, держась за руки, смотрели неотрывно туда, где два симметричных камня, устремлённых в небо, защищающие остров от стихий, начали разваливаться с грохотом. Бальтазар впервые видел испуг на лицах всегда слишком улыбчивых островитян, которые начали кричать и носиться в панике по берегу. Надо сказать, была причина: вместе с камнем рушилась защита острова, и океан вокруг перестал быть таким ласковым — он начал бушевать вокруг. Блэквелл тихо, но властно, произнёс всего одного слово:
— Достаточно!
Но Алиса не останавливалась и не расцепляла их руки, она смотрела на смерть Убуда с высоко поднятой головой и расправленными плечами.
— Ты отдаёшь слишком много сил, Алиса!
Её вид был властный и жуткий, хотя тело было истерзано и покрыто кровью и песком. Блэквелл посмотрел на Алису настороженно и сжал свою ладонь, его мускулы на руках напряглись, а лицо сильно изменилось.
Бальтазар почувствовал себя таким слабым и беззащитным перед такой мощной силой, на его глазах происходило что-то грандиозное и устрашающее, а центром этой бури были два очень сильных мага: высокий широкоплечий Герцог Мордвин и изящная тонкая Алиса.
Убуд, казалось, погружаться под их властью в воду, океан будто съедал провинившийся клочок земли, смывая грехи его населения. Бальтазар потёр глаза и встал, всматриваясь в происходящее с ужасом. То был не обман зрения — остров действительно тонул в пучине разгневанной воды, уносящей на дно всех, кто провинился перед двумя магами, стоящими на палубе и державшихся за руки. Они не шептали заклинаний, не пускали искр, они просто не сводили решительных серых и изумрудных глаз с острова. Крики островитян заполнили воздух, но вода не щадила их, захлёстывая с неимоверной силой. Волны рождались лишь при встрече с землёй, не раскачивая при этом корабль, на котором стояли маги.
Блэквелл расцепил руки и резко обернулся к Алисе, смотря теперь уже на неё и щёлкая перед её носом пальцами, но она не реагировала, смотря пустыми глазами сквозь него.
— Упрямая девчонка, что ты наделала!? — рычал он, а потом приказал помощнику, — Быстрее сюда, Гиц! Неси мой арсенал зелий!
Он ударил Алису по щеке, и единственной её реакцией была зловещая улыбка, сопровождённая словами:
— Они заслужили. Да будет так!
На пороге своей комнаты она обнаружила своего друга Артемиса, сидевшего на корточках и рассматривавшего какую-то небольшую деревянную коробку:
— Ты что мне принёс? — спросила Алиса, устало подбираясь к комнате. Артемис резко встал и убрал руки за спину, а потом, разглядев Алису, широко улыбнулся:
— Господь всемогущий! Ты вернулась! — он распахнул руки для объятий.
— Ага… — она устало обняла его и немного повисла, — У меня было не самое лёгкое приключение.
— Ты была на Убуде? Легендарное место!
— Было легендарным, — поправила она, — Так что ты принёс?
