Полину повернулась к нему спиной, глотая слезы, в ее душе зияла огромная дыра, она потеряла все! Боль была настолько невыносимой, что ей показалось будто, тысячи ножей вонзаются в ее сердце. Встряхнув волосами, она пошла к двери, повернув голову, бросила на него печальный взгляд, стремительно покинула дом.
Прошла неделя, Лидию похоронили, Мария уехала в свою квартиру, которую она, наконец, отремонтировала, Елизавету они отправили в школу, оставшись с ним вдвоем, она испытывала страх, его мучила ревность, и сейчас она сидела в гостиной, наблюдая как он мечется в бешенстве из угла в угол.
— Давид, я хочу уехать, жить в городской квартире, мне тяжело здесь находится.
— Тебе тяжело?! А мне куда бежать?
— Мы уже не станем жить вместе, зачем все это?
— Говори за себя! Я все еще надеюсь, Полина. — Он подскочил к ней, схватив ее руку. — У нас могут быть еще дети, давай начнём все сначала.
— Ты, спятил? — вырвав руку, она вскочила. — Какие дети? Она еще совсем, не так давно была с нами, а ты говоришь о детях!
— Я хочу вернуть нас к жизни!
— А кто сказал, что я хочу жить?
— Он не сможет подарить тебе ребенка! Он же просто….
Полина со всего размаху, влепила ему пощечину, увидев его разъярённый взгляд, она попятилась к стене, понимая, что совершила ошибку.
— Давид, не делай глупости…
— Ты хочешь уйти к нему? — он скривил губы, надвигаясь на нее. — Сколько ты еще будешь мучить меня?
— Это ты мучаешь себя! Ты сам!
Упершись спиной в стену, она закрыла глаза, ее колотило от ужаса, при мысли, что он может сделать. Подойдя к ней, он нежно прикоснулся руками к ее лицу.
— Я не смогу вырвать твою любовь к нему, из твоего сердца?
— Нет, не сможешь…
— Позволь мне, любить тебя, я хочу ощутить вкус твоих губ, вдохнуть запах твоих волос.
Он прижал своим телом ее к стене, взяв локон ее волос, вдохнул запах, прикоснувшись губами к ним, резко рванул ее на себя.
— Не делай этого, я не прощу тебя…
— Мне не нужно твое прощение, мне нужна твоя любовь…
Полина ощутила, как его возбужденная плоть уперлась в нее, застонав от страха, она попыталась вырваться, задрав ей платье, он засунул руку ей в трусики. Задохнувшись, она сжала бедра, это только разозлило его больше.
— Отпусти, ты же не….
— Я собираюсь, заняться любовью со своей женой.
— Нет, прошу…
Из ее груди вырвались рыдания, встряхнув головой, Давид отпустил ее, отойдя на несколько шагов.
— Полина, я потерял контроль, прости.
Резко повернувшись, он вышел из гостиной, Полина, пошатываясь, подошла к креслу, без сил упав в него. Просидев так несколько минут, она встала и поднялась в свою спальню, зайдя в ванную, она включила набираться воду, раздевшись, погрузилась в горячую воду, закрыв глаза.
Постепенно ее стало клонить в сон, выйдя из воды, она обмоталась полотенцем, расправив постель, она сбросила его на пол, забравшись под одеяло, почти сразу уснула.
Следующие несколько дней, Дави, избегал ее, стараясь уезжать рано утром, и возвращаясь за полночь, воспользовавшись случаем, она поехала к Марии, застав ее дома, предложила прогуляться, гуляя по парку, они остановились, у кафе, собираясь пообедать, как вдруг Полина увидела Давида, тот обнимал девушку, нашептывая ей что-то на ушко.
— Вот же, подонок! — Мария рванула к ним, схватив со стола, наполовину полный бокал вина, плеснула ему в лицо. — Ты сволочь!
— Привет, — он вытер салфеткой лицо, мило улыбнувшись.
Полина стояла пораженная, не веря своим глазам, это была его месть, она понимала, так он мстил ей, за Роберта, он будет держать ее возле себя, пока не насытиться, своей победой. Она резко повернулась, и побежала к автобусной остановке, запрыгнув на ходу в отъезжающий автобус.
Приехав в поместье, она поднялась к себе, схватив чемодан, стала кидать в него свои вещи, взяв необходимое, она закрыла его, и побежала вниз, в холле стоял Давид, скрестив руки на груди, скривив губы в презрении.
— А что я еще должен делать? Я мужчина…
— Делай все что хочешь! Мне наплевать, отойди, я больше не останусь здесь.
— Нет, ты ни куда не пойдешь.
— Пойду, и прямо сейчас, ты не можешь держать меня силой.
— Так я и поступлю, буду держать тебя силой.
— Сволочь! Мразь! — она швырнула чемодан.
— Вот как? А ведь я был твоим любимым мужчиной, и сейчас им остаюсь, просто ты почему то это отрицаешь, скажи, если я сейчас отнесу тебя в спальню, и заставлю кричать в свих объятиях, ты вспомнишь, что любишь меня?
— Ты больше, не притронешься ко — мне.
Ухмыльнувшись, он рванул к ней, схватив на руки, понес в комнату, она визжала, пытаясь вырваться, хватала его за волосы, осыпая проклятиями. Кинув ее на кровать, он отошел от нее, снимая с себя одежду, смотря в ее испуганные глаза.
— Ты не сделаешь этого. — Она смотрела в ужасе, на него.
— Еще как сделаю….
Сняв с себя всю одежду, он поймал ее взгляд, на своей возбужденной плоти, Полина рванула к двери, но он, поймав ее, кинул назад на кровать, навалившись на нее сверху, придавил своим телом.
— Позволь мне, ты же сама этого хочешь…
Он засунул руку в вырез ее платья, дотронувшись до груди, сжал ее.
— Ну же, откройся мне…
