– Может, к бабушке поехали, на дачу, к друзьям?
Мария пыталась ухватиться за последнюю соломинку.
– Родственников у нас нет, дачи тоже, некуда ехать. И здесь они не ночевали. Елена обычно свои шлепки вот здесь ставит, – кивнула под вешалку Ольга, – а они видите, где стоят.
Шлепки с ушками-балобончиками стояли в коридоре при входе.
«Значит, Елка здесь бывает часто. Даже шлепками обзавелась», – ревниво подумала Гранина.
– Я сама туда их поставила, чтобы Елена ноги не морозила, когда обувь снимает, – уточнила Ольга. – Вы присаживайтесь, а я позвоню Костиным друзьям. С ними ничего не может плохого случиться, – уверенно сказала Лапина.
От этой непререкаемой уверенности Марии стало немного легче. Она с надеждой наблюдала за тем, как Ольга разговаривала по телефону. Друзей у Кости Лапина оказалось очень много, только никто его не видел с пятницы.
– Всех обзвонила. Что подруги Елены говорят?
– Ничего. Не видели.
Вся жизнь после переезда в Куличевск была подчинена только одному человеку – мужу. От этой мысли Марии стало стыдно, и она поспешно еще раз набрала номер дочери. «Господи, я все исправлю, только дай мне шанс, господи».
Напоследок Ольга позвонила Карпову и сообщила о пропаже Кости и Елены. Она внимательно слушала собеседника и молча кивала головой.
– Василий Петрович сказал, что вчера днем около трех часов дня разговаривал по телефону с Костей. Он был в районе колледжа и ожидал Елену.
– Но выходной же, – напомнила Мария, – что им делать в колледже?
– Сейчас вызову такси и поедем в колледж, – засуетилась Ольга.
– Я на машине.
Минут через двадцать Гранина нажала звонок входной двери колледжа. Дежурная на все расспросы ответила односложно. Никого не было, колледж закрыт. Отработок тоже не предвиделось.
– Что теперь будем делать?
– Надо идти в полицию и сообщить о пропаже. Только заявление никто от нас не примет. Должно пройти три дня, – сказала Ольга.
– Что значит три дня? Искать станут только через три дня? – отказывалась верить Мария.
– Нам сразу скажут, что дело молодое и им понятное. А мы, мол, не заметили, как дети выросли, и думаем, что они до сих пор играют в песочнице. Но вас-то они послушают точно, – спохватилась Лапина.
И она опять подумала о Максиме: что он скажет, как отреагирует на ее звонок, не подумает ли, что это все их женский придуманный розыгрыш? «Да, какая разница, что он подумает или не подумает обо мне», – взяла себя в руки Мария.
– Костя, представляешь, там вверху светят звезды, – нарушила тишину Елка.
– Представляю. Ты не замерзла?
– Нет. Только мне страшно.
– Не бойся.
Он обнял Елку и прижал к себе.
– Ты думаешь, нас найдут?
– Конечно. Ты что, забыла мою маму? Да она кого хочешь найдет.
– Это точно, – улыбнулась Елка.
– В детстве, когда еще была жива моя бабушка, я оставался у нее на целое лето. Так вот однажды соседский мальчик упал в пересохший колодец. Так знаешь, кто его нашел?
– Ольга, – вздохнула Елка. – Повезло тебе с матерью.
– Елка, у тебя тоже родители замечательные. Просто у них сейчас сложный период в жизни. Их надо понять.
– У них нет жизни. Вернее, жизнь есть, но у каждого своя. Костя, что мы будем делать?
– Вначале съедим твои припасы, а потом еще раз обследуем бункер.
– Точно, – вспомнила Елка. – Давай сюда мой рюкзак. Я купила хот-доги с двойной сосиской и пачку сока.
Она никогда не покупала хот-догов и чизбургеров, считая, что в них обычно кладут просроченные продукты. Возможно, оно так бывает, но на этот раз хот-дог был сказочно вкусный. Елка с едой справилась первой. После подкрепления ей показалось, что жизнь налаживается, и хотелось думать, что все это понарошку. Костя доест сосиску, выпьет оставленный для него сок, и они могут возвращаться обратно.
– Костя, зачем нас заперли?
– Нашелся шутник. Завтра утром откроет, – уверенно сказал Костя. – А теперь – спать. Тогда и утро настанет быстрее, и нас освободят.
Он говорил специально уверенно и спокойно. Никто их завтра не выпустит. И закрыли их здесь только потому, что другого выхода не было. Кто-то нашел бункер и разворотил его. А сколько все это добро стоит на черном рынке, он, не в пример Елке, знал. Так что никто их так просто не освободит.
– Ты куда? – напряглась Елка.
– Лежи. Я хочу проверить, что за ящиками. Вдруг там лаз.
Он на ощупь прошел вдоль стены.
– Тебе посветить?
– Нет. Надо батарею экономить. Если фонари разрядятся, то будем здесь сидеть, как слепые котята.
Лапин подошел к решетке и еще раз попробовал разогнуть металлические прутья.
– Приварили на совесть. Включи фонарь, чтобы шею не свернуть о ящики, – попросил Костя и стал стучать рукой по стене. Звук везде был одинаковый – глухой. Он обошел периметр и опустился возле Елки.
– Ты не помнишь, в каком ящике мы видели саперную лопатку?
– Не помню, – устало ответила Елка.
– Пойду поищу.
Он рывком поднялся, включил фонарь и стал по очереди открывать ящики. Лопату он нашел в третьем ящике.
– Что ты собираешься делать?
– Копать. Сделаю подкоп под дверью, и мы легко выберемся из этой ловушки.
Лапин принялся за работу. Короткая саперная лопатка тяжело вошла в землю.
