– Так что же нам теперь делать? – Устало и как-то опустошённо девушка сразу поникла, и медленно опустилась на край кресла, всё так же держа в руке кубок с вином, который смогла только пригубить. – Ведь мы тогда просто погибнем? Я уже просила моего наставника о том, чтобы тот оставил меня где-нибудь. Ведь охота-то идёт за мной? Пусть отдадут меня этим убийцам. Зато сами живыми останутся. Так нет же… Мне просто сказали, чтобы я больше никогда не говорила о таких глупостях. А командир гвардии моего отца долго ругался.
– Командир гвардии Великого герцога Риам? – Снова сделав небольшой глоток вина, я тихо усмехнулся, вспомнив одного здорового мужика, которого гоблины еле-еле смогли дотащить до моего замка, и едва успевшего раскрыть глаза, как тут же принявшегося дико ругаться, на самых всевозможных наречиях, какие видимо только знал. – Это тот самый бугай, у которого через лицо два шрама вот так проходят? Если это он, то скажу вам одно. Ругаться он умеет как никто. Я даже не думал, что у меня есть только поколений предков, которые сношались с кем угодно, включаю сюда и саму Тьму, и всех Проклятых Богов этого мира. Но оказалось, что они у меня были.
– Ну, да! – Теперь уже тихо усмехнулась девушка, видимо вспомнив что-то весёлое из своего детства. – Он всегда такой был. Вы ещё не видели того, как он разговаривает с каким-нибудь провинившимся гвардейцем, который уснул на посту? Подобное зрелище словами передать просто невозможно. Мне даже казалось, что факелы тухнут от его ругани. Он настолько старательно высказывал своё мнение, что даже мой отец опасался заходить в тот коридор, где этот гвардеец поминает всех святых, и не очень, разумных существ…
– Могу сказать одно, леди… – Сделав ещё один глоток, я отставил кубок на вежливо подставленный мне поднос, так как больше уже пить не хотелось. – Вам очень повезло с приближёнными. Эти люди вас никогда не предадут. Они бросили всё. Они оставили за собой всю свою жизнь. Только ради того, чтобы защитить вас. Это нужно ценить. И если хотите, чтобы они хоть немного были счастливы, то вы должны стать счастливой. Ради этого они готовы пойти на смерть. И, поверьте мне, вернее людей у вас уже не будет никогда. Может кто-нибудь и найдётся? Но несчастья всегда проверяют истинную преданность. Легко стать другом и верным слугой у какого-нибудь разумного, у которого всё хорошо в жизни. А вот когда у такого разумного вокруг горе и беда, и постоянно за спиной маячат убийцы, именно тогда и покажутся настоящие верные разумные. Правда, их мало осталось… Но так уж и быть… Если вы сейчас пойдёте со мной к ним, и уговорите мне дать мне слово, что никто из них не будет мне как-то пакостить, и вредить, то я их выпущу оттуда. И даже приглашу за свой стол. Вместе с вами. И подумаю над тем, как бы мне вам помочь. Но если они откажутся пойти на этот шаг, и не дадут мне слово Чести, за которое могут ответить, то им придётся там находиться до тех пор, пока я не найду возможность отправить вас куда-нибудь в более безопасное место. Вам решать…
Естественно, что Самия Лан Риам тут же согласилась с моим предложением. И мы с ней вместе спустились в подземелье. Судя по тому, как она смотрела на светящиеся вдоль стен артефакты, которые при моём приближении загорались, а потом медленно тухли, когда коридор становился пустым, она банально не ожидала такой цветной иллюминации в коридорах замка? Видимо она не зря говорила про различные факелы и свечи, когда вспоминала про ругань командира гвардии своего отца? Ну я знал, что не везде используются подобные магические артефакты для освещения территории? Просто я скопировал магическое плетение из сокровищницы той же Академии, и храма Богов – Покровителей. Ведь мне нужно было обеспечить себе возможность сделать так, чтобы свет в коридоре горел. Я могу сделать так, чтобы эти артефакты не работали. А вот кто-нибудь чужой, вроде какого-либо вора или убийцы, этого сделать не сможет. То есть, когда такой разумный попадёт на территорию моего замка, в каком бы коридоре он не пытался прокрасться, его выдадут загорающиеся магические артефакты освещения. Они будут реагировать на присутствие этого разумного. На присутствии его ауры. И что они будут делать в этом случае, я не знаю. Да мне и не важно. Важно было то, что девушка видела мой серьёзный подход к этому делу.
