Толстый применял слишком много магии, магия сохраняла меня маленькой, магия сохраняла птицу птицей, магия прятала их, магия сражалась. Сердце в его груди умерло, и он упал. Я почувствовала, что уменьшающая магия умерла вместе с ним, и мои ноги начали расти. Я начала задыхаться в железном ошейнике, но моя шея была сильней, и ошейник сломался, а мои запястья и лодыжки сломали оковы. Я рассердилась из-за смерти моих соседей и всего того, что со мной сделали. Я росла так быстро, что мне было больно, но я начала драться, как только стала свободной.
Я убила Богатого человека кулаком, а последний из «желтых одежд» ранил меня клинком, но я оторвала ему руки и голову и раздавила камнем. Когда мы дрались, клетка сломалась и птица улетела на уступ. Потом она стала женщиной. Я не была уверена, нужно ли убивать ее, если она спустится, но она не спустилась. Я теперь слишком большая, чтобы выйти из этой пещеры, а здесь нет воды, поэтому я знаю, что должна умереть. Я уйду к Отцу звезд с окровавленным лицом, но действия против нас требовали крови, и поэтому кровь на моем лице праведна, и он улыбнется, когда узнает из моей смертной песни, что я должна получить золотой язык.
Я еще не успела умереть, когда увидела, как что-то движется ко входу в пещеру. Я думала, что это зверь. Я поймала его в кулак и увидела, что это книга, та самая, которая убила маленьких людей злыми рунами. Она укусила меня. Она хотела убежать. Я понимала, что она злая и не должна сделать то, что хочет, и поэтому я схватила ее и держала и держу до сих пор. Она отравляет меня, но я не отпущу ее и буду драться, если вы попробуете забрать ее. Хотя не думаю, что я смогу теперь победить. Я ослабла.
– Срань! – произнесла со стоном Норригаль.
Кроме меня, только она одна поняла рассказ великанши.
Теперь все встало на свои места. Люди Гильдии скрывались в доме торговца, том самом, в подвале которого я видел камеры для допросов. И на Лысом острове, в колонии прокаженных. Это Гильдия послала «маленьких людей» через Невольничьи горы в набег на великанов в надежде вызвать ответное нападение и сокрушить Аустрим. Так все и вышло. Вероятно, Глубокая Тень Аустрима и младшие тени сами не поверили своему счастью. Есть такое гальтское выражение cnulth touidáh, приблизительно означающее удачу в бою или возможность, появившуюся в ходе драки. Например, ты сцепился на улице с каким-то придурком и уже отчаялся вырваться, но вдруг замечаешь, что можешь достать локтем его голову, начинаешь пихаться и сбиваешь этого придурка так, что он бьется башкой о мостовую. Это и есть cnulth touidáh – когда твои попытки дают результат сверх самых смелых ожиданий. Наверняка так и вышло с этим фокусом «пощекочи великанов». Гильдия разрушила все сраное королевство. Потом им удалось похитить королеву, которая их изгнала, и спрятать ее, превратив в птицу.
Не понял я лишь одного – для чего им понадобилась Мисфа.
Зачем ей сделали татуировки?
Зачем потратили столько магии, чтобы уменьшить ее и вывести из королевства?
Я подошел к ней ближе, готовый отбежать при первом же угрожающем движении. Хотя и не ждал от нее этого. Мне просто хотелось рассмотреть татуировки. Похоже, их там были сотни, если скрытая под парусиной часть тела разрисована так же плотно, как та, что осталась на виду.
