Моя машинистка сейчас заканчивает третью четверть рукописи. Она может работать для меня только по вечерам и в уик-энды; если её здоровье выдержит, думаю, она закончит к 12–15 февраля. Тем временем я буду работать над дальнейшим сокращением и переделками и должен буду убрать ещё немного текста, больше тысячи, но меньше пяти тысяч слов. Если моя машинистка закончит вовремя, то я рассчитываю отправить Вам рукопись к понедельнику, 20 февраля (я сомневаюсь, что Вы захотите её всю перечитывать, но может быть, Вы захотите посмотреть, как я переписал сексуальную сцену, которая Вас обеспокоила). Это даст «Putnam» более трёх недель форы, чтобы сдвинуть начало производства и успеть выпустить книгу к Конвенту научной фантастики в Сиэтле 2–4 сентября 1961-го. Или же они могут, если захотят, использовать эти три недели, чтобы прочитать рукопись и вернуть мне для переделки чего-нибудь, что им не понравится – и при этом всё ещё выдерживать их производственный график. Я не смогу сделать существенные сокращения за такое время, но я, конечно же, смогу переделать одну-две сцены, если это будет необходимо.
Я только что говорил с м-ром Кэди из «Putnam». Он сказал мне, что «Doubleday» хочет выпустить мою книгу про Секс и Иисуса в ассортименте «SF book club»[211] и как альтернативу в каких-то других клубах, не специализирующихся на НФ. Я не испытываю особой приязни к клубу книголюбов НФ «Doubleday» и с умеренным энтузиазмом одобрил этот план – только потому, что он отчасти гарантирует, что «Putnam» получит свой навар и заработает немного прибыли, даже если коммерческий выпуск будет расходиться не очень хорошо (это главное, о чём я беспокоюсь). Однако м-р Кэди, похоже, считает, что продажи через клуб книголюбов существенно повысят и продажи коммерческого издания – к тому же он испытывает большую уверенность в книге (большую, чем я) – и мне остаётся надеяться, что он прав.
Эта перемена в планах, сказал он, должна привести к тому, что «Doubleday» предложит книгу к продаже в этом июне, а коммерческое издание они постараются выпустить как можно скорее, вероятно, в начале июля.
Окончательное название будет утверждено в понедельник днём (Кэди позвонит мне), и, Лертон, Вас приглашают и настоятельно просят предложить свой вариант – проще всего прямо к нему. (Я надеюсь, что это письмо дойдёт к Вам с утренней почтой в понедельник.) На сегодня текущие рабочие названия такие:
«Еретик»,
«Шелест крыльев его» (это НФ, связанная с моей диаграммой «Истории Будущего», не ассоциируется с «научной фантастикой» в умах широкой публики. Все эти названия были выбраны, чтобы облегчить продажу книги как мэйнстримный роман, «Философскую фантазию» или что-то подобное).
«Воробей падёт»,
«Рождённый на страдание» (Иов 5:7),
«Это запретное древо» (Милтон),
«Добро и зло» (Генезис 2:17).
