Ворчание из могилы полностью

«Putnam» понравилась «Дорога славы». Её нужно немного ужать, и есть «несколько не очень серьёзных» предложений по исправлениям. Их отметят в рукописи и пошлют письмо с подробностями.

9 марта 1963: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Новый роман (рабочее название: «Большой шлем»[151]) я сделал за 25 дней напряжённого труда, 503 страницы. Похоже, Джинни он нравится больше, чем «Дорога славы», она говорит, что вещь быстро читается и её не нужно сильно сокращать. Однако я намерен всё сильно сократить и передать моей машинистке в конце месяца. Я сам ещё не читал, что получилось, но, пока писал, мне всё нравилось.

21 марта 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Я не представляю, как Вам удаётся производить романы на 500 страниц за 25 дней, пусть даже первый черновик.

8 июля 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Хорошая история в «Свободном владении Фарнхэма», в ней достаточно авантюрных моментов для некоторых мужских журналов.

21 августа 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Питер [Исраэль] говорил, что он писал Вам об идеях по поводу сокращений и переделок, вероятно, сейчас Вы уже получили его письмо.

4 октября 1963: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

Питер Исраэль сказал: «Боб Хайнлайн – босс. Я выскажу своё мнение, но у меня достаточно уважения к его опыту и суждениям, так что если он скажет, что какие-то вещи делать нельзя, я соглашусь с тем, что Боб сделает всё так, как считает нужным. Если он скажет, что текст нельзя сокращать менее 100 000 слов, серьёзно не повредив историю, то я издам все 100 000».

12 октября 1963: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

По контракту с «Putnam» на «Свободное владение Фарнхэма»: на странице два я изменил количество слов на «100 000», вычеркнул срок поставки и сделал его «согласованным». Я должен знать [их] самый крайний предельный срок для публикации осенью ‘64. Я знаю, что к Новому году, как было указано, законченная рукопись им не нужна, и я это вычеркнул – к тому же я не мог бы предоставить чистовик к этому сроку. У меня слишком много с ним работы, и моей машинистке понадобится по меньшей мере два месяца после того, как я закончу его сокращать. Когда будете выяснять у него насчёт самого крайнего срока, пожалуйста, сообщите ему, что за двадцать пять лет я ни разу не опоздал к крайнему сроку, ни на один день. Я совершенно уверен, что большинство редакторов добавляет для страховки как минимум месяц к дате крайнего срока, потому что, как известно, большинство авторов не грешат пунктуальностью в таких делах. И я хочу услышать реальные сроки. Я их не нарушу.

21 июня 1965: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Оригинал этого письма пойдёт с оригиналом рукописи «Медного орудия» [ «Луна – суровая госпожа»], копия пойдёт со вторым экземпляром рукописи. Оба письма отправлю Вам завтра, оригинал авиапочтой рано утром, второй экземпляр – воздушным экспрессом во второй половине дня, попробую сделать так, чтобы они ушли различными самолётами. Как Вы, вероятно, знаете из новостей, мы отрезаны от всех путей, кроме воздушного – и последнее, что я слышал, это что они одолжили «Curtiss» 1916[152], чтобы перевозить всех пассажиров, грузы, почту и еду, которые поступают и отбывают из нашего маленького аэропорта. По поводу рукописи: пожалуйста, пошлите оригинал «Putnam», к нему приложена заявка на их конкурс с суперколоссальными призами. Но, пожалуйста, скажите ему, что на самом деле у меня нет никаких видов на победу в номинации научно-фантастических романов…

6 июля 1965: Лертон Блассингэйм – Роберту Э. Хайнлайну

«Putnam» нравится новая книга, условия те же, что с последней книгой. Не нравится название. Вы можете предложить другое?

30 ноября 1965: Роберт Э. Хайнлайн – Лертону Блассингэйму

Вы видели копию письма *** ко мне; я позвонил ему сегодня. Он шокировал меня своим предложением редактировать рукопись, которую *** одобрила в целом, – но я отфутболил его предложение обратно, сказав «хорошо, и как быстро Вы можете переслать мне отредактированную рукопись для моего одобрения?» – и напомнил ему, что раньше я никогда не подписывал контракт с «Putnam» и не принимал никаких авансов, пока рукопись не была полностью и окончательно одобрена. Я думаю, это его озадачило, но он быстро согласился пробежаться по рукописи и посмотреть, что сделал редактор, а затем либо одобрить изначальный вариант, который я представил, удалив правки редактора, либо отослать их мне на утверждение.