Давным-давно жили в одной деревне старик со старухой. Детей у них не было, а потому держал старик воробья в клетке и любил его как родное дитя.
Однажды ушел старик в лес за дровами, а старуха осталась дома стирать. Забыла она крахмал на кухне, пошла за ним, а его как не бывало. Пока старуха у колодца стирала, воробей выпрыгнул из клетки и съел все подчистую. Догадалась старуха, что крахмал склевал воробей, обозлилась донельзя. Поймала она бедную птицу, разжала ей клюв и говорит:
— Это твой язык сделал мне эдакую пакость?
Схватила ножницы — чик, и остался воробей без языка. Выбросила его старуха на улицу и смеется:
— Ступай теперь куда хочешь!
— Ой, ой, ой!.. — жалобно запищал воробей и улетел со двора.
Вечером из лесу с вязанкой дров за плечами вернулся старик.
— Ох, и устал же я сегодня! И воробей, наверное, не кормлен. Дам-ка я ему зерна.
Подошел он к клетке, а воробья там и нет. Удивился старик, спрашивает старуху:
— Послушай, старуха, ты не знаешь, куда воробей наш девался?
— А, воробей! Твой воробей склевал у меня весь крахмал! — злобно ответила старуха. — Отрезала я ему за это язык, да и прогнала.
— Эх, бедняга, как жестоко с тобой поступили!.. — в отчаянии воскликнул старик.
Ночь старик не спал, все думал, куда же улетел его воробей без языка. На другой день встал он чуть свет и отправился на поиски своего любимца. Идет, сам не зная куда, постукивает палкой и кричит:
— Где ты, воробышек с обрезанным языком? Откликнись! Где твой дом? Где твой дом?
Перешел он поле, перевалил гору, опять идет полем и опять через горы. Наконец, вышел к месту, где бамбук рос. И вдруг оттуда слышит:
— Воробей с обрезанным языком здесь живет!
Обрадовался старик, пошел на голос и видит: в тени густых бамбуковых зарослей стоит красный домик, а воробей с обрезанным языком уже отпер ворота и идет ему навстречу:
— Добро пожаловать, старик!
— Ну, как твое здоровье, воробышек? Уж очень я соскучился по тебе — вот и пришел проведать.
— Я очень рад, спасибо тебе, старик. Проходи, пожалуйста!
Провел он старика к себе в комнаты. Там воробей пал ниц у ног старика и говорит:
— Виноват я перед тобою, что, не спросившись, съел драгоценный крахмал в твоем доме. Прошу тебя, прости меня и не сердись.
— Что ты, что ты! Это я виноват. Ведь в мое отсутствие случилось с тобой такое несчастье. Но я счастлив, что вижу тебя снова.
Собрал воробей всех своих близких родственников и друзей, стали они угощать старика его любимыми кушаньями, а потом под веселую песню затеяли перед ним воробьиные пляски. И так был доволен старик, что забыл даже о своем доме. А пора было возвращаться: на дворе уже смеркалось. Заторопился старик:
— Спасибо тебе, воробышек, весело провел я день, а теперь разреши откланяться. Пока солнце совсем не село, нужно домой идти.
— Убогая моя хижина, но прошу тебя, оставайся ночевать! — просил воробей, а вместе с ним и остальные.
— С удовольствием бы, да старуха ждет дома. Извини, не могу сегодня. Я еще к тебе приду.
— Жаль, жаль. Ну что ж, подожди тогда немного, я тебе подарок приготовил.
Ушел воробей и вскоре возвратился с двумя корзинами.
— Вот, старик, две корзины: одна тяжелая, другая легкая. Выбирай любую!
— Ой, что ты, угостил меня как, да еще и подарки… Ну, да ладно, так и быть — возьму. Только стар я уже, да и дорога дальняя, так что лучше возьму-ка я что-нибудь полегче.
Взвалил старик легкую корзину на плечи и распрощался с воробьями.
— Ну, до свиданья. Я еще к вам зайду.
— Обязательно! Будем ждать! Смотри береги себя… — Так провожали старика воробьи до самых ворот.
Старуха сидит дома одна и злится. Солнце уже село, а старика все нет.
— И куда это он запропастился? — ворчит старуха. Но вот, наконец, появился старик с корзиной за плечами.
— Ты где это пропадал до сих пор?
— Не сердись, старуха! Был я сегодня в гостях у воробья. Ах, как там меня угощали! Какие пляски воробьиные показывали! Да вдобавок ко всему, вот смотри, подарок мне преподнесли.
Снял с плеч старик корзину, а старуха уже приветливо улыбается:
— О, это хорошо! Что там в этой корзине?
Подняла она крышку, да так и ахнула. Полна корзина драгоценностей: и золото, и серебро, и кораллы, и жемчуг — все сияет так, что глазам больно. Обрадовался старик.
— Знаешь, — говорит он старухе, — воробей-то мне две корзины давал: одну тяжелую, другую легкую — бери, мол, любую. Ну, а куда мне тяжелая — стар я, да и дорога дальняя, — вот я и взял ту, что полегче. Признаться, я тогда и не думал, что в ней такие дорогие вещи.
Надулась старуха:
— Эх ты, старый дурак! Не мог взять тяжелую корзину. Уж в ней-то, конечно, было больше всего, чем в этой.
— Не будь такой жадной, старуха. С нас и этого хватит.
— Это почему же хватит? Э, да что с тобой говорить! Пойду сама, принесу и тяжелую корзину.
Стал старик отговаривать старуху, а она и слышать ничего не хочет: даже утра не дождалась, ушла из дому. Уже совсем стемнело, но старуха, не разбирая дороги, все шла с палкой в руке и кричала:
— Где ты, воробей с обрезанным языком? Отзовись!
