Он за все время пути не сказал и слова, даже не обернулся, но она точно знала, что стоит ей дернуться, как он поймает ее. Быстрейший человек в Готее не может не поймать.
Йоко коснулась рукояти занпакто…
—
Действовать нужно быстро.
Внутри нее все сжалось как пружина. Она была готова рвануть в бой в любой момент.
—
Он резко остановился, и она поняла, что ждать больше нельзя.
Сюнпо!
Клинок вышел из ножен и устремился к его шее.
Сюнпо!
Оказывается слева от него, не завершая удара.
Сюнпо!
Перед ним и прыгает на него. Все предыдущие действия были для нее чисто привычкой, чтобы отвлечь противника от настоящего места атаки.
Но Карас даже не сопротивлялся.
Она повалила его на спину. Села сверху и приставила острие клинка к его горлу!
Она хотела надавить на рукоять и воткнуть занпакто в его шею, но что-то не давало ей этого сделать.
Он не держал ее, даже не шевелился, но она все равно не могла закончить начатое.
Дышать тяжело. В легких будто огонь.
Пот лил ручьем с ее лба, глаза бегали в стороны и слезились, но она дрожащими руками все еще держала меч у его шеи.
Йоко посмотрела ему в глаза, и там было спокойствие и хладнокровность. Один этот взгляд парализовал ее ужасом. Вся ее мимолетная решимость заменилась ужасом перед лицом чудовища. Как кролик перед удавом, она замерла на месте.
— Аккуратнее, — сказал он спокойным голосом. — Ты тревожишь их покой.
— А?
Он повернул голову влево.
Проследив за его взглядом, она увидела какой-то камень, покрытый мхом, листьями и усыпанный увядшими цветами.
Присмотревшись, девочка заметила вырезанную на этом камне надпись.
— Надгробие? — поняла она.
— Да… — вздохнул Учитель. — Твой отец винит меня в смерти Кано… Потому мне запрещено приближаться к кладбищу знати. Я, как и другие простолюдины, не могу прийти к нему на могилу. А ставить надгробие Анзу никто не стал… Потому мы сами сделали это для них. Чтобы мы могли чтить память наших друзей…
Девочка выронила занпакто. Она и подумать не могла, что отец запретил Карасу и его друзьям навещать могилу брата. Она думала, он просто не хочет или стыдится.
Она слезла с него и подошла к камню. Убрала листья.
Она ничего не могла сказать. Ком застрял в ее горле, который не давал ей вымолвить и слова.
— Это случилось в наш первый выход в мир живых, — подал голос Карас. Он все также лежал на земле и смотрел на лучи солнца, пробивающиеся через листья. — Нас разделили на группы, чтобы мы учились отправлять души в Общество. Тогда-то на нас и напали пустые, под предводительством адьюкаса по имени Зоммари Реру. Он подчинил своей силой нашу подругу Энджи, сожрал многих студентов Академии и натравил на город огромных пустых… — он сделал паузу. — Я, Кано и Анзу были в одной группе… мы не смогли спасти Энджи, а затем нам пришлось бежать от пустых…. Мы спасались…. а затем мощное серо взорвало землю и нас разметало…. — Закрыл глаза. — Я был немного ранен и очнувшись, пошел искать остальных. Кано погиб защищая Анзу… девушку, которая была в него влюблена, из-за чего ее часто обижали аристократки, которым Кано отказал. Он защитил ее своим телом и погиб… Анзу же упала на корень дерева, пронзивший ее грудную клетку, и она медленно умирала, держа тело Кано на руках… Она пела ему колыбельную, уже слабо соображая, что делает… Она просила меня спасаться… Своей силой она отвлекла пустых на себя, сжигая свое и тело Кано в огне, чтобы они не достались пустым на съедение. Сила моего занпакто раскрылась слишком поздно… Я сумел спасти Хебико, но… Если бы моя сила проснулась чуть раньше… я мог бы их спасти…
Йоко ничего не могла ответить. Она не могла остановить слезы, текущие из ее глаз. Она с трудом сдерживалась, чтобы не зареветь.
Ей никогда не рассказывали всю историю. Она не знала всей правды.
Сжала кулаки до боли, закусила губу, так что пошла кровь. Она сдерживалась и не хотела поддаваться боли внутри.
— Я не сразу узнал тебя… Когда мне привели тебя, я просто подумал, что ты сторонняя девочка… Но с каждой секундой я понимал… Кано рассказывал о тебе… О своей талантливой сестренке, которую он очень любил… В память о нем я учил тебя… Он бы не простил меня, если бы я бросил тебя или оставил.
Йоко пришлось приложить все силы, что у нее были, чтобы сдержаться.
— Почему… ты… молчал? — с трудом выдавила она из себя слова.
— Это… больно говорить… — он тяжело вздохнул. — Я думал. Пройдет месяц и мы разойдемся… И больше не увидимся. Мне было страшно. Но… я сам не понял. Как ты стала для меня дорогим человеком… — Карас улыбнулся. Как раньше. Как обычно он улыбается всегда. Теплая, добрая улыбка. — Моя маленькая Ученица…
