Но самое в ней неприятное это некий врожденный обнаружитель опасности. Как только она совершает какую-то шутку, мерзко смеется и сваливает. Ищи ее потом по всей Академии.
— А что она в этот раз сделала? — устало спросил я.
— В общей душевой было очень много пара, — рычала Рукия, поправляя одежду. — А эта как закричит «Карасумару пробрался сюда!!!». В пару меня не разглядели и чуть не прибили там. Теперь вот все женское общежитие ищет эту гадюку!
— М-да, Рукия, — почесал я подбородок. — Попала Змейка. Я не видел ее, спал тут.
— Черт! — фыркнула она. — Пойду ее искать. За ее голову уже награда положена. Если привести ее заведующей.
— А почему?
— Так она тоже там была в душе. Вот и тоже хочет прибить. Все я побежала. Не спи тут, Карас, простынешь! — выдала она и убежала.
М-да. Вот это она попала.
— Все слышала, Хебико? — спросил я.
— Ага, — послышалось сверху.
Странная тенденция. Если она прячется, то точно где-то рядом со мной. Ну да, в тот раз, когда она подставила одного старшеклассника, тот реально захотел ее избить. Ну, я и вмешался. С того момента она постоянно прячется где-то рядом. А учитывая, что прибить ее хочет за этот месяц уже половина Академии, то скрывается она как мастер-синоби. Может ей во 2-ой отряд пойти?
— Хе-хе-хе, — она слезла и присела рядом. — Сообщник.
— С чего бы это?
— Ты не выдаешь меня.
— Я просто знаю, что ты где-то рядом, а где именно не представляю, — вздохнул я. — Ты лучше завязывай с этим. А то даже я могу не успеть вмешаться.
— Хе-хе-хе, — посмеялась она. — Мне просто скучно. Уроки слишком скучные. Основы мне давно преподали учителя, а до основных уроков Кидо меня не допускают.
— А ты хочешь заниматься Кидо? — спросил я.
— Я хочу стать медиком.
— Хочешь спасать жизни других? — удивился я.
— Ага, щяз! — хмыкнул она. — Так проще найти себе мужа. Представь себе, — она мечтательно закрыла глаза. — Он после трудного боя просыпается и видит меня. Наши взгляды встречаются.
— И он на всю жизнь седой и с проблемами с сердцем, хех, — рассмеялся я.
— Пфф, — фыркнула она. — Ничего ты не понимаешь в романтике.
— Ты тоже, — поднялся и отряхнулся. — Я пойду, пожалуй. Не задерживайся на улице.
— Если что, приду к тебе спать, — улыбнулась она.
— Да пожалуйста, — махнул я рукой. О! Она покраснела и удивленно уставилась на меня. Мило выглядит. — Меня все равно сегодня ночью там не будет.
— А куда это ты собрался?
— По делам. Так что занимай пока. Удачи.
С этими словами я пошел в общежитие. Завтра выходной, потому сегодня вечером я отправлюсь помогать в бедные районы. А поскольку даже с сюнпо идти далеко, нужно выйти пораньше. Да и среди бела дня не стоит мелькать. А все что нужно я уже достал, так что проблем не будет.
Было бы неплохо найти себе помощь, но это уже потом. Я тут только месяц, еще успеется.
Ладно, пойду еще посплю…
Поход в бедные районы прошел, я бы сказал, буднично. Не впервой. Я знаю, как нужно делать дела и не быть замеченным. За год наловчился все проворачивать.
Дело то в том, что бедные народ отчаянный. Они готовы и на безумства пойти ради еды. Я не могу помочь всем. Набираю мешок рисовых лепешек, как самую дешевую еду, и раздаю всем кого нахожу. Стараюсь искать детей и первым делом кормить их. Но так же нужно следить, чтобы взрослые не напали на детишек. Такое бывало.
Дал я одному мужику поесть. Он слезно поблагодарил меня. А через полчаса я видел, как он забил до смерти троих девочек, чтобы отнять их еду.
В тот день я сам чуть не убил его.
Очень он уж меня тогда разозлил. Благо успел остановиться. Но ему я теперь не помогал и, видя среди просящих проходил мимо его. Да и он, видя меня убегал. Знает гад, что я только чудом остановился.
Потом еще был случай, когда на меня уже напали, чтобы еду отнять. Знали, что я вновь приду и подкараулили. Благо я этот раз был вооружен. Простой нож, но вместе с сюнпо он становится смертельным оружием.
Я не убил никого. Не решился это сделать. Знаю, что когда-нибудь придется, но хочу пока оттянуть этот момент.
Но те случаи были мне уроком. Одной добротой ничего не решить. Добро должно быть с кулаками. Я помогаю тем, кому могу, но не дам сесть себе на шею. Я может и глупый дурак, который проводит свое время за бесполезным занятием, но не могу иначе.
Теперь же у меня появился ряд правил:
Да, это может звучать цинично и жестоко, но мир таков.
Вот потому я, облачаясь в серый плащ с глубоким капюшоном, одевая перчатки и темную одежду, стал бродить по бедным районам, выполняя свою нехитрую работу.
