Весь вечер прибирала квартиру, перед сном сделала уроки и забралась в кровать до прихода мамы. Лучше сделать вид, что сплю, чем с ней разговаривать.
Достала из под подушки дневник и записала в нем:
В школу шли как на войну. Юрка нёс тяжелую стопку бумаг. Тетя Оля распечатала на работе.
– Из-за тебя мне так от мамки влетело! Она историчку обругала и сказала, что пусть та сама печатает на казённом принтере.
– Сказал бы ей, что эти бумаги спасли твою задницу! – проворчала я.
Юрка нарочно запинался левой ногой об каждый поребрик, так сказать, на удачу. И «удача» улыбалась нам пираньей улыбкой со школьного крыльца. Царь и его дружки выстроились в линию и хищно смотрели на нас, мы – на них. Хохол, Егор Игнатюк из одиннадцатого «А», смачно плюнул и медленно вытер рот рукавом олимпийки. Кастет, Саша Фролов из одиннадцатого «Д» – крутил в руках железную цепь, а Царь смотрел то на меня, то на Юрку, как будто выбирал с кого из нас сегодня начнет свой день.
– Блин, Муха… Они т-т-очно нас п-поджидают, – Юрка опустил голову и пошел очень медленно.
– Смотри, там физрук идет! Давай за ним!
Мы подбежали к физруку и пристроились рядышком. Царь и его дружки расступились и проводили нас гневным взглядом. Проскочили в школу и быстро разбежались по классам.
Мы договорились со звонком выскакивать из кабинетов и встречаться в нашем тайном месте – туалете младшего блока.
– Смотри, какую записку он мне подбросил на географии, – Юра сунул мне смятую бумажку. Внутри был нарисован парень с очень страшным лицом и клыками, на его майке красной ручкой была нартсована кровь, на руках, держащих биту, тоже. А ниже написано: «Если свалите после уроков, закопаю!»
– Надо еще как-то продержаться один урок, – вздохнула я, и кинула записку в унитаз.
После последнего урока мы договорились встретиться на крыльце и бежать к моему дому. Я ждала Юрку на улице и нервно кусала ногти. Сейчас из школы повалит народ, и Царь с дружками. Да где он черт возьми? Может, что-то случилось? Или урок задержали? Я не находила себе места от волнения.
На улицу повалил народ. Мимо меня прошло больше половины Юркиных одноклассников, но среди них не было ни Юрки, ни Царя, и никого из его банды.
– Маш, а Юра где? – спросила его одноклассницу.
– Он дежурит, – улыбнулась она и пошла дальше.
– Только не это… – я схватилась за голову. Похоже, Юрка влип…
Зашла обратно в школу, поднялась на второй этаж и заметила у окна в конце коридора компанию Царя. Кто-то присвистнул. Кто-то засмеялся.
– А вот и наша подружка! – пропел один из них.
Я быстро прошагала к кабинету географии. Учительница сидела за столом и проверяла тетради. Юрка ставил стулья на парты, а Царь ходил со шваброй по кабинету.
– Мухина, ты чего тут забыла? – спустив очки на кончик носа, спросила географичка.
– Вот все и в сборе, – хищно улыбнулся Царь.
Юрка кивнул мне в сторону выхода. Я помотала головой. Без него не уйду!
– Можно я Юру подожду? – спросила я.
– Подожди, – пожала плечами учительница и вернулась к тетрадкам.
Пока географичка не видела, Царь ударил Юрку шваброй между лопаток. Юрка вскрикнул. Географичка подняла на них глаза. Царь закинул руку на Юркино плечо и заботливо просюсюкал:
– Ударился? Ну что ты какой неаккуратный! Смотри, куда идешь!
Царь, пританцовывая, перемещался по кабинету. Вдруг он сильно стукнул шваброй по полу.
– Царёв! – крикнула географичка. – Ты прибираешься, или дурью маешься?
Царь наклонился и поднял с пола дохлую муху.
– Мухи тут разлетались, Марина Евгеньевна, – Царь поднял на меня глаза и добавил: – А их нужно убивать!
Географичка взяла следующую стопку тетрадей. Царь кинул муху к моим ногам и еле слышно произнес:
– Тебе крышка!
Парни закончили уборку. Пора выходить из класса, а мои ноги словно прикрутили болтами к полу. Мы с Юркой оба понимали, что как только выйдем из кабинета, окажемся в ловушке. Царь и его свита точно пойдут за нами.
– Марина Евгеньевна, а вы еще будете работать? – спросила я.
– Кончено! – фыркнула та, не отрываясь от тетради.
Я надеялась, что мы сможем выйти с ней из кабинета, а там уже убежать. Но, увы… идти нам пришлось вдвоем.
– Кто-то сейчас будет наказан, – пропел Царь, спускаясь за нами по лестнице.
– Кто-то ответит за сорок уколов, – пропел еще один, с забинтованной рукой.
Вышли на улицу. На крыльце стоял еще один друг Царя, которого называли Бритва, так как он всегда брился наголо. Бритва в прошлом году окончил школу, ему восемнадцать, а может, и больше. Противный, прыщавый, здоровый, как бык.
