Выпущенные пули врезались в призванный мною щит. В тот же миг все тени в помещении сгустились и опутали ноги пособников Кочубея. Они попытались отступить, но будто увязли в болоте. Не спасло ублюдков и прибывшее на помощь подкрепление. Все вооруженные головорезы, что были в доме, явились за моей головой.
Я убил их всех. Одного за другим.
Без колебаний.
Без жалости.
Без пощады.
Всего за несколько секунд пол парадной оказался усеян мертвецами и частями их тел. Я возвышался среди тел мрачной тенью с пылающим черным мечом в подрагивающих от ярости руках.
— Кочубей! — мой голос зловещим эхо отразился от забрызганных кровью стен. — Я иду за тобой, чертов предатель!
Ответом мне послужил стрекот и воинственное шипение. Они доносились откуда-то спереди и снизу. Решительным шагом я направился на звук. Оказавшись, судя по убранству, в гостиной, я призвал печати на обе руки и обрушил всю их силу на пол — искать спуск вниз не было ни времени, ни желания.
Не успел дым развеяться, как из дыры в полу выпрыгнула первая тварь. Бледная и лысая, со сросшимися ребрами и рукой–клинком, она напоминала тех, что пришли в мой дом. Как и его предшественники, урод умер. Второй противник лишился головы сразу, как только его ноги коснулись пола.
Ударом ноги я сбросил бледную тушу вниз и спрыгнул следом. Мои инстинкты обострились до предела, ярость вместе с кровью кипели в жилах, сознание ожесточилось. В эти минуты я сам перестал быть человеком, став воплощением праведного гнева.
В подвале меня поджидала целая толпа новых тварей. Они бросались на меня и падали на холодный пол, извиваясь в предсмертных конвульсиях. Быстрыми и отточенными движениями я прокладывал себе дорогу к цели.
Один удар — один труп.
Снаружи особняка загремели выстрелы. Видимо, Злата вывела полозов на позиции солдат и управителей драгунов. Но это их бой.
Из-за угла на меня выскочил изверг. Даже не взглянув в его сторону, я призвал печать и высвободил ее силу практически в упор. Дымящиеся ошметки лысого черепа брызнули на стену. Еще один урод растянулся в прыжке. Я подался вперед, вскинул меч и распорол его брюхо. Не успела дергающаяся туша упасть, как мой клинок рассек еще одного врага пополам.
— Тебе не спрятаться! — рычал я, слыша впереди торопливые шаги. — Куда бы ты ни пошел, где бы ни спрятался — я найду тебя. И убью.
Стена справа взорвалась, и из нее вырвался полоз. В тот же миг черное пламя моего меча осветила яркая золотая полоса. Дарованный Чернобогом клинок по рукоять вошел в разинутую пасть червя и пронзил его мозг.
— Полозы мои, — раздался у меня за спиной голос Златы. — Не дай уйти предателю.
Никак не отреагировав на слова девушки, я продолжил двигаться вперед, уже предвкушая скорую расправу. Быстрое сердцебиение Кочубея стучало в моих ушах, как и его хриплое дыхание загнанного зверя.
Но предатель был не один. Я слышал плач и незнакомый голос. Женщина умоляла мужа опомниться и отпустить детей. Кочубей не отвечал. Он пыхтел и бежал без оглядки.
Я настиг его на втором уровне подвальных помещений. Каменная кладка стены здесь отсутствовала. Ее разбили изверги, вгрызающиеся в землю измененными лапами. Они рыли лаз для предателя.
Они не успели.
— Кочубей. — Скрипнув зубами, я буквально выплюнул имя ублюдка, пронзив его полным ненависти взглядом.
Предатель взвизгнул и закрылся детьми, словно щитом. Их было трое: голубоглазая девочка лет десяти, юноша чуть старше ее и совсем крохотный младенец, которого держал на руках Кочубей. Заливающаяся слезами женщина в богатом платье пыталась отобрать ребенка, но ее не подпускали изверги.
— Убейте его! — взвизгнул предатель.
Изверги бросились на меня. К ним подключились и те, что копали тоннель. Они выскакивали из земляной ямы со злобным стрекотом и шипением. Казалось, им не было конца. Но меня это не пугало. Быстро и методично я прорубал себе путь к предателю, а он блеял и пятился, все глубже забиваясь в земляную нору, которая вскоре станет его могилой.
Жена Кочубея бросилась к нему, но так и не смогла забрать младенца. Ей удалось лишь отвести в сторону старших детей.
Меч из черного пламени метался из стороны в сторону, за один взмах рассекая сразу несколько изуродованных мутациями тел. Я не превращался в тень, не прыгал и не уклонялся, а медленно наступал, оставляя за собой дорогу из мертвых тел. Мой взгляд был прикован к Кочубею. Я видел в его глазах лишь страх. Он видел в моих собственную неотвратимую смерть.
Когда последний изверг пал от моего меча, Кочубей вжался спиной в земляную стену. Он поднял младенца на вытянутых руках и закрылся им, словно щитом.
— Не подходи! — брызнув слюной, выкрикнул предатель. — Не подходи!
— Как низко ты пал, если закрываешься собственным ребенком? — я остановился и замер напротив него.
— Стой, где стоишь! И ты тоже, Наталья!
— Нет! Нет! — жена Кочубея попыталась подбежать к нему, но замерла, когда путь к мужу преградил мой меч.
— Отпусти дитя и умрешь быстро. Даю слово. — Процедил я сквозь стиснутые зубы.
— Ты дашь мне уйти! — принялся торговаться предатель, чей голос дрожал и вибрировал.
