Валию я нашел возле дворца. Она перекидывала лопатой отяжелевший от дождя песок. Услышав мои шаги, Валия повернулась и подняла лопату так, будто хотела ударить. Я посмотрел ей в лицо, и призраки тут же улетели туда, где они обычно отдыхали между попытками свести меня с ума. Валия даже не старалась скрыть свое скверное состояние. Она устала и донельзя измучилась. Правда, несладко пришлось всем. И дело было не только в переезде через Морок, но и в частых смертях, постоянном напряжении и страхе перед будущим. Страх обгладывал душу, разъедал разум. Волосы Валии не могли побледнеть еще сильнее, но лицо ее цветом почти сравнялось с волосами.
– Знаешь, солдаты лучше справятся с песком, – заметил я.
Честно говоря, я и сам не понимал, зачем отыскал ее. Что вообще Валия делала здесь? Она-то верила в свою важную миссию, но какую? К сбору станка ее бы не допустили, ткать свет и драться Валия не умела. Наверное, что-то от Нолла еще оставалось в ней, пусть даже серебро вытекло из глаз и на руке больше не выскакивали числа. Да, Валия, в принципе, могла бы помочь, но как? И зачем перекидывать песок?
– Все-таки, что ты делаешь? – осведомился я.
– Засыпаю шахты, ведущие в канализацию.
– Для чего?
– Сейчас покажу.
Она перекинула пару лопат, затем достала карту. Ну, конечно, это же Валия. У кого еще может найтись план Адрогорска? Она зашагала, время от времени сверяясь с пометками на карте, и остановилась у здоровенного храма с колоннадой. Когда я служил в Адрогорске, здесь находился госпиталь. Валия ступала с опаской, но вряд ли ей стоило так осторожничать. Вход в канализацию был хорошо заметен.
– Без паники, ладно? И говорить никому не надо, – предупредила Валия. – Все, что мы можем сделать, это засыпать шахты. Если солдаты узнают, начнется дезертирство.
Голоса я услышал еще на подходе к шахте – писклявые, бормочущие чепуху.
– Семьдесят три, семьдесят два.
– Он хороший парень, только не злите его.
– Господин, добрый вечер, желаете хорошо провести время?
Я присмотрелся к подвальной темноте и различил движение. Черт подери, там копошились тысячи джиллингов! Стало понятно, куда вели следы и почему я так долго не видел мелких паршивцев. Они стекались в Адрогорск целыми легионами и в конце концов собрались под его улицами.
– Гребаные джиллинги. А я искал их месяцами. Паскуды знали, что мы явимся сюда, и поспешили опередить нас.
– Зачем они туда залезли? – спросила Валия.
Похоже, она вовсе не испугалась. Наверное, знала, что джиллинги не умеют карабкаться: до копошащейся массы внизу было шесть футов отвесной стены колодца.
– Грядет Воронья лапа, и они чувствуют это, – пояснил я. – Когда я потерялся в Мороке, джиллинги сбежались к хохлатому ворону и даже однажды назвали его отцом. Их тянет к создателю. Как и мы, они здесь ради финала.
Валия зашла в оплавленное здание и отыскала широкую каменную пластину, отвалившуюся под собственным весом. Руки Валии были в царапинах и ссадинах – видимо, от таких же пластин. Пыхтя, выбиваясь из сил, она старалась поставить пластину на ребро. А я удивлялся: к чему эти старания?
– Может, помог бы? – смерив меня испепеляющим взглядом, процедила Валия.
– Надо ли, – возразил я. – Джиллинги сами туда залезли, и вряд ли у них получится выбраться именно здесь.
– А вдруг, – процедила Валия.
Она таки приподняла пластину и покатила к шахте. Я посмотрел вниз, на шевелящуюся массу. И зачем надрываться? Какой смысл?
– Тут они не вылезут. Чего тебе неймется?
– Так я хоть что-то делаю, – вздохнув, сказала Валия.
Она не удержала пластину, и та шлепнулась на землю. Валия нагнулась, пытаясь поднять камень, весом наверняка больше ее самой. Она подсунула руки, силясь ухватиться, и я услышал, как сломался ноготь.
Почему-то меня это тронуло. Я поднял плиту одной рукой, второй подхватил руку Валии. Ее ладонь казалась несуразно маленькой и бледной на моей – широченной, густо-медной. Ногти у меня давно стали черными и теперь напоминали самые настоящие когти. И чем дольше мы находились в Мороке, тем сильней становилось сходство. А у Валии светились голубые прожилки под кожей, и косточки ее были такими тонкими.
– Хватит, – сказал я. – Ты сделала достаточно. Сейчас моя очередь.
Валия тряхнула головой, и я не смог понять, что она имела в виду. В последние годы я с трудом распознавал человеческие эмоции.
– Ты свихнулся? И правда считаешь, что я брошу? Прикрой-ка шахту и насыпь сверху песка.
Я выполнил просьбу, хоть это и было напрасной тратой времени. По карте Валии, канализация выходила наружу в двух дюжинах мест на дворцовом острове. Чтобы закрыть их, потребовались бы большая команда и целый день работы. А джиллинги все равно вылезут и нас не спросят. Но пока тварям, похоже, нравилось сидеть в темноте и без конца бормотать одно и то же.
– Рихальт, я работаю не потому, что это важно, – буркнула Валия, когда я завалил камень костяного цвета песком. – А потому что могу.
Я посмотрел на нее, и что-то внутри меня треснуло, словно стронулся замерзший водопад.
– Тебе нужно вернуться, – сказал я.
– Ты о чем?
– Я могу перенести тебя на Границу. Хочешь жить – соглашайся.
