– Мама, мама, я вернулся. – Раздался из глубин дома ломающийся юношеский голос. – Я пятерых подстрелил, а Гримсон только троих. Я его сделал, мама! Представляешь, а орк порвал двух загонщиков голыми руками. Мы его за это потом поджарили небесным огнём...
Пальцы-сардельки отпустили мою шею, схватили за щеку и начали дёргать из стороны в сторону.
– Сейчас я поговорю с сыночком, а потом мы с тобой продолжим, и не дай Система ты снова пропадёшь. – Она развернулась и вразвалочку посеменила к своему ребёнку, а я радостно, искренне улыбался, смотря ей вслед – вся семейка наконец-то в сборе.
С не сходящей с лица усмешкой я вышел в столовую и стал рассматривать гобелены, ожидая ещё одного человека. И он не заставил себя ждать. Ворвавшись в комнату, начальник охраны схватил меня за грудки и, брызгая слюной, заорал в лицо:
– Ты что о себе возомнил, подстилка еб...
Ну всё, я достаточно ждал. Как только он отпустил меня правой рукой и отвёл её для замаха, намереваясь дать пощёчину, я начал действовать. Схватил его левое запястье своей правой, фиксируя, одновременно накрыл левой, захватив ребро ладони и немного развернув, прижав к своей груди. Надавил, придав руке противника форму зю и сразу наклонил корпус, заставив начальника стражи упасть на колени. Где его лицо уже ждало моё колено. Кровище из разбитого носа хлынула во все стороны. С левого удар получился не таким сильным, как хотелось бы, поэтому я добавил. Бугай оказался крепким и остался в сознание, попытался даже захватить мою ногу свободной рукой. Пока он окончательно не пришёл в себя, я подхватил с комода литую бронзовую статуэтку мужика, подозрительно похожего на Ленина, и ударил по затылку противника. Что-то хрустнуло, и тело моментально обмякло. С вождём не забалуешь.
Тело я оттащил во дворик, предварительно избавив от колец, амулета и короткого клинка в потёртых ножнах. За те самые лопухи, где прятался пять минут назад, и оставил рядом первую бомбу. Вернул на место свои кольца и амулеты, сразу почувствовав себя увереннее. Теперь действовать надо быстро – время пошло. И только один человек может меня отвлечь и помешать – надо решить этот вопрос заблаговременно. Я направился в спальню хозяйки...
Пробежался по всем доступным помещениям, везде оставляя трёхлитровые горшки – стандартные пиратские зажигательные бомбы, правда, с техномагическим дистанционным взрывателем. Дополнительно оставил рядом со всеми дверьми и не забыл занести в подвал – было у меня подозрение, что там есть подземный ход.
Последним пунктом назначения была причальная башня. Мимо складского помещения и отдыхающей дежурной команды я пробрался на самый верх, к причальным пандусам. Тут по кругу ходил дозорный, и мне не составило труда проскочить мимо него на пришвартованную лодку. Пришло время взрывать.
Но я на секунду замешкался. И сам удивился, почему? Попытался разобраться в своих чувствах и мыслях. Всё дело оказалось в Секунде, в этой милой простушке, отнесшейся ко мне хорошо и предупредившей меня об опасности. А меня ли? Предупредила она Румату Терранского, залётного учителя танцев, а я – Ассасин Харассы со множеством имён, но без чувств и привязанностей. И мне нет дела до какой-то служанки. Внизу огненными цветами расцвели яркие вспышки, а Система поощрила мои действия ещё одним процентом к соответствию.
Паника, крики, сигналы трубы, попытки разобраться в произошедшем. Первой мыслью охраны башни была об воздушном налёте. И действовали они соответственно – загрузились в пришвартованную лодку и стали подыматься повыше, одновременно заряжая большой самострел на носу и пытаясь высмотреть противника в ночном небе.
Когда они поднялись на максимальную для себя высоту, километра в два, и поняли, что рядом нет чужих кораблей, я вышел из двухмерности и выпрыгнул из лодки, оставив на прощание последнюю бомбу. Сзади небо осветил масштабный фейерверк, обломки лодки и боезапас пролились на окружающие усадьбу поля огненным дождём, а я скользил в темноте под крылом небольшого парашюта в сторону излучины реки, ловил непередаваемый кайф и размышлял: как бы мне зажилить выданные артефакты? Изначально был на девяносто процентов уверен, что Доннелы решат подчистить концы и парашют не раскроется. Теперь же, получив море удовольствия от полёта, возвращать такую замечательную вещь абсолютно не хотелось, да и экранированный карман мне пригодится.
Как не крути, но, во-первых, надо отказаться от посещения точки эвакуации. Да, заодно лишу Доннелов соблазна избавиться от исполнителя, а после получения в кубе оплаты за контракт – амулета с силовым щитом, меня достать будет не так просто. Значит, во-вторых, сразу к терминалу системы за вознаграждением. Приняв решение, я потянул стропы, меняя курс. Оставалась только одна маленькая проблема – надо удачно приземлиться.
– Паря, ты хорошо справился, молодец. Не хочешь поработать в дру...
