Выбравшись на берег, я достала из багажника полотенце и закуталась, для того чтобы зек поменьше глазел на мой купальник. Сев на покрывало, я увидела пустую бутыль из-под самогонки и покачала головой. Зек не обратил на меня внимания и принялся за вторую бутыль.
- Будешь еще самогонку?
- Нет.
- А картошку?
- Я наелась. Ничего не хочу.
- Тогда я доедаю.
- Доедай. Там что, в тюрьме, не кормят, что ли?
- Кормят, но плохо. Там можно выжить, если только дачки носят постоянно. Мне дачки часто носили. Просто в камере голодников много. У них ни сигарет, ни дачек. Они смотрят и слюни пускают. Приходилось делиться. По домашней пище соскучился.
- Так езжай домой. Там накормят.
- Домой нельзя. Да там меня никто и не ждет.
- Тебе еще сколько осталось сидеть?
- Два года.
- Что, тяжело было досидеть?
- Ты посиди, узнай, как сидится.
- Нет, я тюрьмы больше всего на свете боюсь.
- Не так страшен черт, как его малюют.
- Что ж тогда сбежал?
- Просто я слишком ценю свою жизнь, чтобы проводить ее в неволе. Жизнь, падла, и так короткая, а зона и тюрьма сокращают ее еще больше. А ты что в полотенце закуталась? Замерзла, что ли?
- Замерзла, - соврала я.
- Что ты мне мозги пудришь, на улице жара стоит, тридцать градусов. Боишься, что я на тебя залезу, так и скажи!
- Конечно, боюсь. Мне меньше всего хочется быть изнасилованной каким-нибудь зеком.
- Больно надо тебя насиловать, - усмехнулся зек. - Ты мне сама дашь.
- Что?! - Я моментально покраснела и была готова провалиться сквозь землю.
- Что слышала! А не дашь, я тебе твою бошку прострелю!
Зек достал из кармана пистолет и снял с предохранителя. От него жутко разило перегаром, и я поняла, что он сильно пьян. А говорил, ему пару ведер нужно, чтобы напиться! Я испуганно покосилась на пистолет, схватилась за простреленную руку и шепотом спросила:
- Что ты хочешь?
- Что я хочу?! - засмеялся зек и стянул свои шорты. Затем снял трусы и остался в чем мать родила.
- Я хочу, чтобы ты прильнула губами к моему детородному органу.
- Только не это.
- Это. По-другому у меня нет настроения.
- Может, лучше доедем до города и ты закажешь себе проститутку. Сам говорил, у тебя денег полно.
- Я хочу сейчас. Зачем мне ждать и кого-то заказывать, если здесь есть ты.
- Ты же сказал, я тебе нужна в качестве ширмы, так вот и используй меня по назначению, а это в мои обязанности не входит.
- Я убью тебя, если ты скажешь хоть еще одно слово. Убью и закопаю прямо в этом лесу! Понятно?! Считаю до трех и стреляю в твою упрямую башку.
Я посмотрела на детородный орган зека и сморщилась от брезгливости. Мне казалось, что стоит коснуться его губами, меня сразу вырвет.
- Раз, два... - стал считать зек.
Я закрыла глаза и принялась ублажать этого мерзавца. Зек тяжело дышал и гладил мою голову пистолетом. Как только все закончилось, я подошла к реке и прополоскала рот. Затем умыла лицо, села на берегу и положила голову на колени. Я не знаю, что чувствовала в этот момент. Наверное, ничего. Жива, и ладно.
- Иди сюда, что ты там села, - позвал меня зек.
Я обернулась и увидела, что он опять налил полный стакан самогонки. Трусы этот хмырь не надел.
- Что загрустила, подруга? - подмигнул он мне. У тебя неплохо получается. Мой дружок исключительно подходит к размерам твоего рта.
Я ничего не ответила. Вероятно, именно в эту минуту я приняла решение бежать. Все равно куда, но только подальше от этого зека, а то придется ублажать его по десять раз на дню. Бежать, бежать, везде живут люди, я доберусь до них.
- Ты что, оглохла?! Иди сюда, я кому сказал! Не забывай, у меня в руках пистолет.
Я встала и пошла на прежнее место. Уговорив вторую бутыль, зек пьяно улыбнулся.
- Слушай, ну как мне с тобой повезло! Представляешь, что было бы, если бы я залез в машину к какому-нибудь мужику?! Я как чувствовал, что мне именно в эту машину надо.
- Как жаль, что ты не залез в соседнюю. Стало темнеть. Зек поднялся, сложил покрывало, взял меня за руку и повел в дом. Расстелив покрывало на кровати, он завалился сверху и расстроенно произнес:
- Вот черт, сигареты закончились. Давай ложись рядом, что встала?!
- Я спать не хочу. Я могу просто на полу посидеть.
- Кончай дурить. Ложись рядом и спи. Завтра тяжелый день.
Услышав последнюю фразу, я не выдержала, громко заревела и села на пол. Меньше всего мне хотелось, чтобы наступил завтрашний день. Нужно будет куда-то ехать, добывать пищу, ублажать этого подонка. Сколько это будет продолжаться?'. Господи, когда же я смогу вернуться домой?! Меня трясло, из груди вырывались громкие стоны.
- Кончай реветь! Кончай реветь, я кому сказал!
Я не могла остановиться и заревела еще громче.
- Ненавижу, когда бабы плачут.
- Отпусти меня. Я не могу с тобой бегать. Мне домой надо.
- Не могу. Прекрати реветь. Я постаралась успокоиться и теперь лишь изредка всхлипывала.
- Когда ты меня отпустишь?
- Не знаю. Может, я тебя убить надумаю, - усмехнулся зек. - Наревелась? Теперь иди и ложись рядом. Я уже черт знает сколько рядом с женщиной не лежал. И учти, я повторять не люблю.
