ствовала, как ее кожи касается разгоряченная плоть блондинки.
«Канзас, ты не находишь, что сегодня прекрасное утро».
«Тебе никогда не говорили, что ты слишком много болтаешь. Давай обсудим чудеса утра позже, а сейчас я
хочу, чтобы ты закончила то, что начала».
«Конечно, милая», - промурлыкала Ли, ритмично двигая бедром.
«Можно лишь одним способом заставить тебя замолчать», - промолвила Эрин и захватила в плен губы Ли.
Даже солнце решило оставить женщин наедине друг с другом и стыдливо скрылось за неболь-шое
пушистое облако.
«Так теперь мы можем обсудить прелести этого утра?» - Шутливо произнесла Ли. – «А то до се-го момента
ты мне и рта не давала раскрыть».
«Да? А мне показалось, что ты его раскрывала… и не раз… И прекрасно с этим справлялась, должна
признать».
Похотливая улыбка тронула губы Ли. Она поиграла бровями и встала из-за стола.
«Куда это ты направилась, мы же еще не закончили завтрак?» - Спросила Эрин.
«Сейчас вернусь. Мне нужен мой пиджак».
Ли вернулась, держа в руках небольшую коробочку.
«Эрин…» - Начала Ли.
«Боже, ты назвала меня по имени. Что происходит?» - С притворной паникой произнесла Эрин.
«Не перебивай меня, пожалуйста… Пытаясь выяснить твои чувства ко мне, я перегнула палку. Прости меня.
И, чтобы загладить свою вину, я купила для тебя небольшой подарок».
Ли протянула коробочку удивленной Эрин. Когда ты открыла ее, то увидала изящный золотой браслет,
украшенный рубинами.
«Мы познакомились, благодаря украденному рубину. Поэтому я решила подарить тебе эту вещь на память
об этом событии».
«Я надеюсь только, что ты не заставила ювелира распилисть Рейнский рубин, чтобы скрыть улики?» - С
улыбкой произнесла Эрин.
«Ну вот, куда делась моя прекрасная леди? Опять я попала на допрос к следователю страховой компании»,
- шутливо произнесла Ли. – «Кстати, вчера ты сказала, что я должна что-то узнать. Так ты расскажешь
мне, о чем шла речь?»
«Да… Знаешь…» - Замялась блондинка.
«Это что-то неприятное? Что - то случилось?» - Обеспокоенно спросила Ли, приподнимая голову Эрин так,
чтобы видеть ее глаза. - «В чем дело, Канзас?»
«Все в порядке. Я просто хотела сказать, что испытываю к тебе очень сильные чувства. Знаю, что ты
терзалась сомнениями, пытаясь узнать, что же движет мною – чувства к тебе или расследова-ние. Поэтому
я решила, что ты должна знать, что нравишься мне. Очень. И я бы не хотела это поте-рять, поскольку, как
мне кажется, я влюбилась».
Паника в глазах Ли сменилась нежностью и она притянула сконфуженную Эрин к себе.
«Я тоже люблю тебя, Канзас. И я тоже боюсь, поскольку впервые испытываю нечто подобное. Никогда бы
не подумала, что именно женщина вызовет во мне такую бурю чувств и желаний. Но это случилось и я
очень этому рада, надо сказать. Хоть все это чертовски сложно».
«И не говори, милая», - прошептала блондинка и приподнялась на носочки, чтобы поцеловать свою
любимую женщину.- «Я хочу тебя попросить об одной услуге».
«Все, что пожелаешь, милая» - проворковала Ли.
«Поскольку мы разобрались с нашими чувствами, я хочу, чтобы ты подумала о том, как вернуть Рейнский
рубин. Не перебивай меня, пожалуйста. Если он не вернется в музей, то это всегда будет стоять между
нами и мы будем по разную сторону баррикад. Это становится утомительным, ты не находишь? Игра
перешла на другой уровень и в нее, кроме нас, включились другие игроки. Я бы не хотела видеть тебя с
наручниками на руках, поэтому подумай о том, как нам выбраться из этой си-туации. И не говори мне, что
ты невиновна. Мы обе знаем, как обстоят дела на самом деле. Просто обещай мне подумать об этом».
«Хорошо, Канзас, я подумаю, что можно сделать в этой ситуации», - произнесла Ли и поцелова-ла Эрин.
Эрин сидела в полицейском управлении и, вместе с детективом Макнейлом, пыталась отыскать изготовителя фальшивого рубина. После визита в тюрьму, где она допрашивала Романа Морролта, смутное подозрение не давало ей покоя.
«Макнейл, тебе не показалась странной его улыбка, когда мы заговорили о поддельном рубине. Что – то не дает мне покоя, но я никак не могу разобраться с этим. Надо бы проверить тех, кто по-сещал нашего друга в тюрьме за последнее время».
«Мы уже сделали запрос. К нему не было визитеров в последние месяцы. Так что - эта ниточка ведет в никуда. Надо искать кого-то другого. Вот только кого», - задумчиво произнес Макнейл.
«У меня такое ощущение, словно он испытал гордость за кого-то, когда увидел подделку. Как учитель испытывает гордость за ученика, который превзошел его в мастерстве».
«Может быть и так. Но Роман не работал в ювелирной мастерской, так что нам вряд ли удастся узнать, были ли у него ученики».
«Может быть у него есть сын, о котором мы ничего не знаем? Макнейл, ты не хотел бы покопать в этом направлении?»
Из сумочки Эрин раздалась трель телефонного звонка.
«Эрин Брэдшоу».
«Привет, Канзас», – нежно произнес голос с явным техасским акцентом. – «Я заскучала без сво-ей златовласки, поэтому решила тебе позвонить. Как проходит твой день?»
«После вчерашнего дождя сегодня я просто наслаждаюсь солнцем», - с намеком произнесла Эрин.
