- Зачем он вам? - Лепехин положил руку на стол, накрыл ладонью фотографию Бакулова.
- Как зачем? Он дом наш выставил.
- Когда?
- Тогда.
- В тот день убили Кирицына. - Лепехин пристально взглянул на Саньку.
- Да, я что-то слышал об этом. Застрелился он, да?
- Ага, застрелился, - с усмешкой ответил капитан.
- Какие ко мне претензии? - сухо спросил Санька.
- Да есть подозрения. - Опер не сводил с него взгляд.
- Это интересно.
- Не мог Кирицын сам застрелиться.
- Это домыслы. Факты давай.
- Факты…
- Нет у вас ничего. Не надо в носу ковырять. Как Бакулова найти?
- Как он связан с Кирицыным?
- Никак!
- Ну, хорошо, - со скрипом сдался Лепехин.
В машину мы садились в подгаженном настроении. Лепехин не мог быть только нашим человеком, в любом случае являлся винтиком большой системы. Если ему вдруг представится возможность отправить нас на скамью подсудимых, то он сделает это, не задумываясь, не исключено, что уже копает. Как и его коллеги, которые расследуют убийство Кирицына. Может, и не было у ментов прямых улик против нас, но подозрения имелись.
- Да ты не переживай, брат, - сказал Санька. - Нет у ментов ничего. Да и зачем им в дерьме копаться, когда можно на самоубийство списать?
- Да я не переживаю, - произнес я.
- Или ты не при делах?
Я резко глянул на Саньку. Да, мне вовсе не хочется убивать во имя семьи, и от грехов своих тошно, но с покаянием к ментам я не пойду и от своей вины в смерти Кирицына не откажусь. А она есть. Соучастие - это реальный срок. Когда-нибудь я обязательно сяду. Если меня не убьют.
Не в восторге я от своей семьи, Виталика плохо перевариваю, с Валерой как был, так и остался в натянутых отношениях. Но не слезть мне с этого креста, так что придется смириться со своей участью.
- Да ладно тебе, - пошел на попятную Санька. - Шуток не понимаешь?
- Да какие уж тут шутки? Мочим людей за милую душу, только щепки летят.
- И нас замочить могут.
- И нас могут.
- Но мы фартовые, обязательно прорвемся.
- Санька, ты всегда такой уверенный в себе?
- Этим и живу!
- Ну так живи, брат.
У Саньки руки по локоть в крови, но я не желал для него наказания за грехи. Пусть живет себе, куролесит со своими бестолковыми девочками. Я тоже буду жить и грешить. Если никто не остановит. Было у меня такое предчувствие, что конечная остановка уже близко. Может, оно и к лучшему?
- Ну да.
- И город наш будет.
Я промолчал, не желая раздувать фантазии. Мне много не нужно. Свой дом, жена, дети, достаток в семье. Но ведь и этот кусок приходится вырывать у судьбы зубами, с кровью.
Бакулов жил в старом двухэтажном доме с обшарпанными стенами. В подъезде воняло мочой, звонок не работал, пришлось стучать в дверь.
-Кто?
Голос доносился из-за двери и показался мне знакомым.
«Сука!» - вспомнил я.
Человек, стоявший за дверью, отрывал от телефонной трубки Лилю.
- Пожар! - крикнул я.
- Какой пожар?
Дверь открылась, и я увидел перед собой физиономию, опухшую от чрезмерных возлияний. Мужик здоровый, плечи широкие, но бицепсы на руках не просматривались. Майка-алкоголичка не обтягивала мышцы, бугрившиеся на груди, за отсутствием таковых.
- Нормальный пожар!
Я ударил ногой в пах, с оттяжкой, от всей души. Бакулов согнулся, и я влепил ему коленом в лицо. Мужик упал и закрылся руками. Страх передо мной заставлял его защищаться, хотя он мог бы атаковать меня.
В квартире было грязно, воняло перегаром и тухлой едой. Стол на кухне завален был объедками.
Мы схватили Бакулова, впихнули его голову в газовую духовку, прищемили шею крышкой. Санька включил газ, а я щелкнул зажигалкой так, чтобы мужик слышал.
- Не надо! - взвыл Бакулов. - Я все скажу!
Санька выключил газ, но голову из духовки мы вынимать не стали.
- Что ты делал в моем доме?
- Стволы искал!
- Какие стволы?
- Ну, пистолет. И нож.
Я ничего не понимал. Пистолет у меня еще мог быть, а нож можно найти в любом доме.
- Кто сказал?
- Колька попросил.
- Где Колька?
- Да не знаю.
Санька снова включил газ, а я щелкнул зажигалкой.
- Да это не Колька, а брат его!
- Брат его с тобой был?
- Нет, он сказал, что ствол нужно найти. Там «ПМ» или «ИЖ».
- Так-так-так. А брата как зовут?
- Митя.
- Жесть! - Я удивленно глянул на Саньку.
Не думал я, что Митя Камов может зайти так далеко. Ствол ему понадобился, из которого я убил Шинкарева. Не давали ему покоя пальчики на нем и на ноже, которым я остановил шинкаревского телохранителя.
Я оттащил Бакулова от печки, пропечатал ему коленкой нос, отобрал у него телефон и предупредил, чтобы он не смел звонить Камову с какого-то другого аппарата.
В машине я поделился с братом своими догадками, сказал и про Дульсинею:
- Теперь я понимаю, зачем она ко мне приходила, про Лилю спрашивала, мол, где она. Я сказал, что рядом. Лиля к дому подъезжала…
- А там Митькины дружки, - продолжил Санька. - А ствол где?
-Да выкинул уже давно. Мелкая душонка он, этот Камов.
- Мелкая, не мелкая, а смотри, как размахнулся, - проговорил Санька.
- Страшно ему стало. Меня менты замели. Вдруг я на Митьку подумал бы, сдал бы его?
Я не был уверен в истинности своей версии, хотя она имела право на существование.
Возможно, Митя был в контакте с
