— Дело в том, что пострадал он именно здесь. В общем, это сложно вот так объяснить. Я сам ещё не всё толком понял. Главное, что я хотел вам сообщить, что он сейчас находится дома. А если вы хотите узнать подробности, то приезжайте к нам. Может, к тому времени и мы поймём, что же всё-таки произошло.
— Хорошо, я понял. — Согласились там. — Как вас найти?
— Я вас встречу в аэропорту. Сообщите, когда вас ждать, и в зале ожидания мы встретимся.
— Так, — стали там что-то подсчитывать, — завтра в два часа по Москве я буду у вас. Рейс из Москвы?…
— Хорошо, я буду в тельняшке, думаю, не спутаете. Вряд ли в таком возрасте кто ни будь, будет одевать её, да ещё демонстрировать.
— Договорились. — Раздалось с той стороны. — До завтра.
— До завтра. — Ответил Виктор, и из телефона раздались короткие гудки.
Опознание на следующий день прошло нормально, Георгич сразу увидел пожилого человека в тельняшке и направился к нему, а Виктор сразу распознал цепкий и уверенный взгляд отнюдь не простого человека, и тоже направился на встречу. Встретились, поздоровались, познакомились, убедились, что это именно тот, кто нужен, и поехали в дом, к Хвату.
— Надо его в больницу везти. — Сказал он, увидев, после знакомства со всеми, Хвата. — Не в вашу. Я пробью нашу клинику. Там быстро его на ноги поставят.
— Нет, — сказал Владимир, — папу нельзя трогать. Ему никто не поможет. Ещё, он уже лечит себя сам. Я вижу это. Он восстанавливает свой мозг. Я помогаю ему, делюсь с ним энергией.
— Так ты тоже что-то можешь? — Удивился Георгич, больше даже не тому, что он обладает какими-то способностями, а тому, что такой малец, говорит таким взрослым языком.
— Я могу делиться с ним энергией, это ему сейчас очень нужно. Больше я пока ничего не могу. — Грустно повесил голову Владимир.
— Что же, всё-таки, случилось, — спросил Георгич у него, — ты мне можешь рассказать?
— Да. В него вселился какой-то демон. Я не знаю, как его ещё назвать, существо. Это существо не имеет тела, он как невидимое облако, вселился в папу, и выгнал его из головы. Но не убил совсем. Он управлял телом папы, и делал всё что хотел. Он хотел выпить у меня всю энергию, и начал уже это делать, но папа как-то смог на короткое время перехватить управление, и научить меня, как с ним бороться. Вместе мы смогли это существо убить. Я его взорвал, отдав всю энергию очень быстро, ну а сам упал. Папа смог перекачать в меня свою энергию, а сам упал без чувств. И с тех пор он без сознания.
— Охрен… Извиняюсь. — Быстро поправился Георгич. — Ну, ничего себе история! Что это такое было-то?
— Я так думаю, что это какой-то вид вампира, — выдвинула свою версию Саша, — энергетического вампира. Но вот, как он его поймал? Об этом мы можем узнать, только после того, как он придёт в себя.
— Но, как же, регенерация? Она разве не помогает ему? — Поинтересовался Георгич.
— Вы имеете в виду, — решил уточнить Владимир, — то, что помогает нам излечиться?
— Ну, да.
— Он очень сильно пострадал от взрыва, и этот участок пострадал тоже. Поэтому я говорю, что никакие врачи ему не помогут. — Дал авторитетное заключение Владимир. — Только я могу видеть, как он лечится. А помочь ему совсем никто не сможет.
— Хм, хорошо, раз так. — Согласился Георгич. — Но вы звоните мне, как у него идёт выздоровление. Эх, как же всё это не вовремя. — Махнул он рукой. — Ну, ладно. Что уж теперь. Надеюсь, что это не затянется на годы. Иначе у нас могут возникнуть очень большие неприятности, в связи с последними событиями. — Проговорился он, и тут же пожалел об этом.
— Какие неприятности? Что может произойти? — Забеспокоилась мама Хвата.
— Извините, Лидия Васильевна, — развёл тот руками, — но об этом я не могу говорить. Государственная тайна. И простите меня, что так ляпнул, сгоряча. Что-то я расслабился в последнее время. А что, кормить меня сегодня тут будут? — Технично увёл он разговор в другую плоскость.
— Ну, вы уж за невежд нас не держите, Сергей Георгиевич, — обиделась Лидия Васильевна, — всё уже давно на столе, только вас ждём.
— Вот и отлично, — потёр он руки, — а то, что-то проголодался я с дороги. И не обижайтесь, Лидия Васильевна, я вовсе не хотел вас обидеть.
— Да знаю, — улыбнулась она, — и не сержусь. Пойдёмте к столу…
