У дороги появился кто-то еще. Голубое сияние выхватило из тьмы силуэт, плотно укутанный тканью. Женщина. И хотя видно было только ее ничего не выражающее лицо, Дэмьен вдруг понял, что она страдает, что она страдала раньше и что ее страдания никогда не прервутся, если он не придет ей на помощь. За какой-то миг из его мира исчезли враги, Таррант, даже Сензи и Сиани, и осталась только эта странная женщина, нуждающаяся в его помощи, и он должен был отбросить инстинкт самосохранения и броситься к ней…
Сковывающий его паралич пропал, треснул, как стекло. Он услышал глубокое, прерывистое дыхание Тарранта позади себя, но времени узнать, что с ним, у него не было, потому что и
«Фэа стихий! — догадался Дэмьен и снес голову еще одному противнику. — Она околдовала всех нас!»
Следующим ударом он раскроил чей-то череп, фонтаном ударила кровь, срезался скальп. Его жертва свалилась на дороге, мозги и осколки костей разлетелись под ноги прочим тварям. Это наконец привлекло их внимание. Ближайший демон оглянулся и, увидев Дэмьена, моргнул, как человек, просыпающийся от глубокого сна. Священник снова ударил, но опоздал; страшилище попыталось дотянуться до него, споткнулось и быстро отпрыгнуло.
А позади Дэмьена раздался страшный крик, от которого кровь застыла в жилах. Сиани? И где Сензи? И какого черта там делает Таррант? У него не было времени оглядываться. Заклятие незнакомки быстро слабело, и твари почти уже добрались до нее. Он снова бросился в яростную атаку. Сколько их оставалось — четверо? пятеро? — но, к его удивлению, они даже не взглянули в его сторону. Дэмьен сделал еще один шаг и неожиданно почувствовал сильное головокружение. Его левая рука совсем онемела, а рукав был теплый и мокрый. Сколько крови он потерял? Не имело значения. Он должен был использовать любую возможность против такого количества врагов, не давая им шанса перехватить инициативу.
И вдруг все они шарахнулись в сторону. Не к нему, как рассчитывал Дэмьен, не к незнакомой женщине и даже не к Сиани, а куда-то прочь. В крови товарищей, под ногами хрустели кости… они побежали, помчались, как насмерть перепуганные животные. Дэмьен шагнул за ними… и остановился, переводя дыхание. Не обращая внимания на раненую руку, он повернулся к незнакомке. Она все еще была здесь, но окружавшая ее сила ослабла, она уже не привлекала Фэа.
Сиани!
Священник обернулся к прогалине, сердце его сжалось. На земле лежал оглушенный Сензи, его одежда на боку и животе промокла от крови. В двух шагах от раненого скрючилась мертвая тварь. Недалеко валялась еще одна убитая тварь. Чем бы ни был меч Тарранта, в бою он действовал весьма эффективно. А сам он…
Посвященный стоял в центре прогалины, глаза его пылали ненавистью и вызовом. В правой руке он по-прежнему сжимал меч, бросавший холодные блики на мертвенно-бледное лицо Тарранта. А другой рукой… другой рукой он прижимал к себе неподвижную Сиани. Дэмьен видел ее руку — безвольно свисающую, белую и бескровную, как слоновая кость. Там, где Таррант прижимал ее к себе, его одежда была окровавлена.
Кровь струилась с шеи женщины, стекая на рубашку Тарранта и связывая их багровой лентой. На миг Дэмьен уловил окружающее их поле и узнал его природу. В этот момент он возненавидел Тарранта сильнее, чем когда-либо.
— Сволочь, — прошипел он, — ты такой же, как они!
Темное пламя глаз колдуна прожгло его до глубины души.
— Не будь идиотом! — зло выдохнул Таррант. Слова давались ему с трудом, как будто они стоили больших усилий. — Ты не понимаешь. Да и не можешь понять.
— Ты сделал то же, что и они! — выпалил Дэмьен, глядя на окутавшее их облако силы и чувствуя пустоту, заполнявшую душу Сиани. — Ты отнял у нее память. Признавайся!
Таррант устало прикрыл глаза, борясь с чем-то внутри себя. Дэмьен оценил разделяющее их расстояние, положение Си, свои быстро тающие силы, но момент был упущен, темный взгляд снова был устремлен на него. Полный боли.
— Я тот, кого она боялась больше всего, — прошептал маг. — Это моя суть.
Таррант говорил так, будто сам не верил в это. При каждом взгляде на Сиани он, казалось, вздрагивал. Лежавший рядом Сензи попытался подняться, и взгляд посвященного, брошенный на парня, красноречиво показал, что не все его раны нанесены врагами.
— Я пытался остановить его, — простонал Зен. — Пытался…
