Джордж Локхард
****** Восход Чёрного Солнца ******
Трилогия "Диктаторы"
Часть I
ГЛАВА 1
"Я плохо помню родителей. Это было слишком давно. Слишком
многое мне довелось с тех пор пережить. Мать я почти совсем забыл,
лишь её имя - Антара - иногда вызывает смутное ощущение тепла и
ласки...
Отца я помню лучше. Помню тот страшный день, когда он поднял
меня на руки, и сказал:
-Винг, сегодня мы с твоей матерью погибнем. Это нельзя отвратить,
так что не плачь. Мы проиграли битву, но не войну. Я хочу, чтобы ты
выжил, Винг.
Помню, что заплакал, и обнял отца. Он ласково погладил меня крылом,
и произнёс:
-Не плачь, сын. Ты, и только ты - вот почему я не верю, что всё
погибло. Ты самый необыкновенный дракон, который рождался на свет
в этом мире, Винг. И я, и мать чувствуем это всей душой. Знай, Винг - ты
последняя надежда нашего дела, ибо больше некому его продолжать. И
поэтому ты ДОЛЖЕН выжить, сын.
Я плакал, и просил его не уходить. Он нежно, но твёрдо отодвинул
меня, и сказал:
-Сегодня - Последняя Битва, Винг. Армии Владыки уничтоженны,
соотношение сил 20 к 1 против нас. Поэтому я ЗНАЮ, что мы с матерью
погибнем. Погибнем, защищая свою честь. Это достойная смерть, и не
надо жалеть о нас. Но ты - ты не должен умереть. И поэтому я сделаю
последнее, что ещё могу. Я спрячу тебя в подземельях Крепости. Помни,
сын - тебя НАЙДУТ. Я только надеюсь, что уничтожив последние остатки
наших воинов, и захватив Крепость, враги пощадят беззащитного
ребёнка... - он сжал кулаки, и с болью закрыл глаза. Потом отнёс меня в
пещеру под Крепостью, долго смотрел, и произнёс:
-Если ты выживешь, тебя ждут страшные испытания, Винг. Но я
ЗНАЮ, что ты перенесёшь их. Ты - это вся надежда, которая нам
осталась. Не дай погаснуть надежде, сынок!
Больше я никогда не видел родителей. Вернее, видел... Но это
воспоминание причиняет мне такую боль, что я просто не могу говорить
об этом.
Когда пришли убийцы, я спрятался в тёмном уголке пещеры, но они
видели в темноте почти как я. Мне проткнули крыло копьём, и
вытащили, словно рыбу на крючке. Я совершенно не помню
дальнейшего.
Следующее воспоминание - клетка. Это я помню отлично. Она
сделала меня зверем, она дала мне ту ненависть, которая отравила мне
душу на всю жизнь. Сейчас, годы спустя, я почти исцелился. Но тогда...
О боги, за что вы послали мне такую судьбу?!
Меня часто били просто так. От ненависти. Цепи страшно натёрли
чешую на ногах и руках, а крылья мне сломали - чтобы не улетел.
Кормили меня падалью, но драконы могут есть практически всё, и я не
умер. Вообще, я удивляюсь, как я не умер в первый год. Мне хотелось
смерти. И только слова отца удерживали меня среди живых. Иногда я
проклинал его за это!!!
Но чаще всего я проклинал богов. Это они схлестнули в
бессмысленной войне жителей Уорра. Это они использовали нас всех,
как жалкие пешки в своей жестокой игре. Это из-за них погибли моя
мать и отец... О, как я ненавидел. И ненавижу! Мой мир стал
ненавистью, ненависть стала моим отцом и матерью.
Часто только осознание возможной мести мешало мне покончить с
собой. Тогда, пять лет назад, я был совсем маленьким. Мне было лишь
десять. Но уже тогда я понимал, что мстить надо не победителям. Они
тоже всего лишь пешки, и когда надобность в них пропадёт, боги просто
перевернут доску. Но иногда, когда меня травили собаками, или
вытаскивали за цепь из подвала - показать заезжему герою -, я терял
рассудительность и разум, и рычал от ненависти, как зверь. Они
смеялись, и тыкали в меня палками...
На всю жизнь я запомнил своего первого грифона. Это было на
второй год плена, когда король Родрик праздновал годовщину победы
над Тьмой. Меня, и рабов-орков, вытащили из подвалов Кастл-Рока, где
я жил, а они трудились в рудниках. Цепи мешали мне ходить, но я
молчал, как и весь предыдущий год. Слуги пробили в перепонке дыры,
и продели толстый канат, безжалостно скрутив мои крылья за спиной. Я
едва не потерял сознание от боли, но промолчал и теперь.
На поверхности я едва не ослеп, а несчастные орки с воплями
повалились на землю. Их подняли ударами бичей, и заодно прошлись по
мне, в кровь изодрав перепонку. Я зашипел от боли, и тогда меня
отхлестали сильнее. Затем нас сковали одной цепью, и повели к
Винтовой Лестнице, которая вела на вершину скалы. Там стоял белый
дворец Родрика, и толпы людей с криками радости приветствовали
рыцарей в белых доспехах, которые гордо гарцевали на великолепных
скакунах. Во главе колонны шёл огромный грифон, а на спине его сидел
высокий эльф, с длинным копьём. На копье торчала голова моего отца...
От боли и несправедливости я невольно заплакал. Мой отец...
Гордый, умный, полный достоинства и доброты... Как смеют они так
издеваться?! Я зарычал, и захлебнулся кровью от удара по лицу. От
ненависти в глазах потемнело, но я уже научился держать себя в руках.
"О, боги, дайте мне прожить достаточно!!!" - первый и последний раз в
жизни обратился я к небесам. Но они были глухи. И тогда потемнело у
меня в душе, и я принёс страшную клятву, что месть станет целью моей