– Лейтенант Фирк – немедленно отправьте группу спидеров для прикрытия танка! – приказал Макс. – Связь с капитаном Криллусом, немедленно!
– Слушаюсь! – Фирк, повстанческий офицер родом с Комменора, отдал несколько команд в свой комлинк и что-то сказал стоящему рядом с ним связисту. Тут же ожил комлинк Неверова.
– Капитан Криллус – какого хрена у вас там происходит? – хаббардианец зло уставился на голографическое изображение командира танковой бригады, состоящей из двенадцати огромных десятиколёсных танков А5. – Почему одна из ваших машин попала под такой плотный огонь противника?!Чего они там забыли?!
– Виноват, господин полковник. Мы думали, что на левом фланге не будет столь плотного вражеского огня…
– Немедленно организуйте прикрытие Джаггернаута-7! Их же сейчас под орех разделают! И где эти чёртовы спидеры, Фирк?!
Вместо ответа лейтенанта Фирка мимо мобильной аэроплатформы пронеслось звено повстанческих спидеров, которые с ходу атаковали позиции имперских заградительных орудий. Воспользовавшись поддержкой с воздуха, экипаж Джаггернаута-7 сумел восстановить работоспособность машины и десятиколёсная махина рванула с места, ведя на ходу лазерный и ракетный обстрел вражеских позиций.
– Я не пойму, чего они так упорно держаться за этот космопорт? – пожал плечами Неверов. – Ясно же, что захват Бонакри – всего лишь вопрос времени.
– Может, у них есть что-то такое, что они пытаются вывезти с планеты, чтобы это не попало в наши руки? – предположил стоящий сзади Рэгг.
– Что?
– Фрайг его знает. Это может быть всё, что угодно.
– Возможно, ты прав, Найл. – Неверов снова включил комлинк. – Асока – ты как там? Всё в порядке?
– Лучше не бывает. – Над панелью комлинка возникло голографическое изображение джедайки с Шили. – Мы только что прорвались на восточную окраину столицы, куриварские бронетранспортёры пробились через линию обороны штурмовиков и теперь движутся вглубь городских кварталов. Однако имперцы сопротивляются…
Изображение подёрнулось рябью, в динамике что-то прогрохотало.
– Асока? – Макс потеребил сенсор настройки. – Что там такое?
– Хаттова задница! Это засада! Макс – здесь отряд шагателей и три шагающих танка! Лейтенант Красст – немедленно…
В эфире оглушительно громыхнуло и связь прервалась.
– Асока! – Неверов витиевато выругался аж на шести языках. – Найл – принимай командование на себя! Оби Ван – со мной! Мне нужен второй пилот на "Мародёре"!
– Воса лучше бы брал, честное слово! – Кеноби недовольно скривился, однако возражать не стал и быстро спустился вслед за Неверовым с мобильной аэроплатформы к припаркованному рядом с ней перехватчику.
Джедай едва успел закрепиться в кресле бортинженера, как боевая машина рванула прямо с места, уже в полёте убирая внутрь своего корпуса посадочные опоры. Хаббардианец заложил такой крутой вираж, что Кеноби чуть не стошнило; затем "Мародёр" на полном ходу устремился к городу.
Отряд, которым командовала Асока, действительно попал в серьёзную переделку. Повстанцы, прикрываемые пятью репульсорными танками Т2-В, сумели обойти противника с востока и ворвались на улицы Бонакри. И попали в хорошо организованную засаду, состоящую из двенадцати имперских шагающих вездеходов и трёх танков-ходунов. Т2-В были выведены из строя практически в первую минуту боя, затем лазерные орудия имперских машин прижали повстанцев к земле, не давая даже поднять головы. Прикрываемые плотным лазерным огнём, в контратаку устремились имперские штурмовики, вооружённые бластерными винтовками DLT-20A и роторными бластерными пушками Z-6. Повстанческие солдаты были вынуждены залечь за подбитыми танками и им удалось отразить первую атаку, однако двадцать процентов отряда было выведено из строя огнём имперских танков. Асока уже хотела было командовать отступление, чтобы сохранить жизни солдат, как вдруг из-за высокой водонапорной башни вынеслась серая боевая машина, которую тогрута узнала бы и с закрытыми глазами.
То, что последовало дальше, заставило некоторых повстанцев даже привстать и высунуться из-за укрытий, благо, имперцам неожиданно стало не до них. Перехватчик, выскочив из-за башни в положении "кверху брюхом", едва не врезался в один из ходунов, лишь в самую последнюю секунду пилот сумел уйти от столкновения. Затем он завис прямо перед кабиной ходуна и ударил маршевым двигателем в режиме огнемёта. Высокотемпературный термоядерный выхлоп в мгновение ока превратил кабину танка в груду оплавленного металла, после чего "Мародёр" развернулся носом к имперской машине и принялся вколачивать в неё снаряды из ЭМ-орудия. Поток 50-миллиметровых снарядов взрезал ходуна, будто консервную банку, и тяжёлая боевая машина стала заваливаться на бок, однако земли ей не было суждено коснуться – грохнувший взрыв разнёс её на части.
