Солнце уже садилось, когда Руперт и Чэмпион въехали в Медный город. В домах не горел свет, а узкие улочки были пусты. Гвардейцы настороженно оглядывались, наполовину вытащив мечи из ножен. Топот копыт гулко отражался от толстых каменных стен. Лошади вскидывали головы и нервно ржали. Руперт вел свой отряд по улицам Медного города. Окна, не закрытые ставнями, смотрели на него множеством невидящих глаз. Не наблюдалось никаких следов насилия или разрушений, но каждый дом был тих, безмолвен, заброшен. Где-то в сгущавшихся сумерках медленно хлопала дверь, раскачиваемая ветром, и некому было закрыть ее. Руперт сделал знак отряду остановиться и натянул поводья единорога.
– Сэр Чэмпион…
– Да, ваше высочество?
– Подержите моего единорога. Я хочу зайти в какой-нибудь дом.
– Я принесу больше пользы, если буду прикрывать вас с тыла, принц.
Руперт коротко кивнул и соскочил с единорога. Гвардейцы вытащили мечи и быстро заблокировали улицу. Руперт отвязал фонарь с седла и попытался с помощью кремня высечь искру.
– Руперт… – позвал единорог.
– А-а, – отозвался Руперт, – ты наконец-то перестал дуться и решил поговорить со мной.
– Я не дулся! Я думал.
– О чем?
– Большей частью о тебе. Ты изменился, Руперт.
– Правда? В чем же это?
– О, во-первых, раньше ты был более рассудителен. Там, в домах, могут прятаться демоны. И их может оказаться много.
– Я знаю, – улыбнувшись, ответил Руперт. – Поэтому я и собираюсь проверить один из домов. – Он зажег фонарь и высоко поднял его, а потом осторожно пошел вперед. Единорог хотел было пойти за ним, но остановился, увидев, что к Руперту присоединился Чэмпион.
– Вы готовы, принц?
– Да, сэр Чэмпион.
Руперт тихо проскользнул в раскрытую дверь, а потом с силой хлопнул ею о стену на случай, если за ней кто-то прятался. Но за дверью никого не оказалось. Стук громким эхом разнесся в неподвижном воздухе, а деревянный потолок по-старчески заскрипел. Руперт огляделся по сторонам. Чэмпион стоял у него за спиной. Грязные соломенные тюфяки покрывали земляной пол, а стены из голого камня были покрыты лишайником. В черном очаге лежала горстка углей и пепла. Четыре расшатанных стула, один из них детский, окружали грубо-тесаный стол. На нем стояли деревянные тарелки. Комната была площадью не более десяти футов, с таким низким потолком, что Руперту постоянно хотелось пригнуть голову. Запах стоял отвратительный.
Руперт сморщил нос.
– Как люди могут здесь жить?
– Это дом шахтера, – ответил Чэмпион. – А это означает – бедняк. Если шахтер не добудет достаточно руды, он не получит жалованья. А если он добудет больше, то норму поднимают так высоко, что рабочие оказываются не в состоянии выполнить ее. Жалованье низкое, цены – высокие, а все лавки – в руках надсмотрщиков. Шахтеры выкапывают достаточно меди, чтобы прокормить семью в течение года, но кража руды карается смертью.
– Я не знал, – прошептал Руперт. – Просто я никогда… не думал об этом…
– А почему вы должны были об этом думать? – спросил Чэмпион. – У вас свои обязанности, у бедняков – свои: так уж устроен мир.
– Никто не должен так жить, – упрямо сказал Руперт.
– Не могут же все жить в замках, ваше высочество. Кому-то надо добывать медь.
Руперт посмотрел на Чэмпиона, и оба вдруг застыли, услышав, как что-то хлопнуло где-то наверху. Чэмпион поспешил к единственной двери в глубине комнаты и пинком растворил ее. Показалась узкая расшатанная лестница. Он заглянул в темноту, а потом начал медленно подниматься по лестнице. Ступеньки скрипели под его тяжестью. Руперт оглядел пустую комнату, а потом последовал за Чэмпионом, держа меч наготове.
Лестница привела их на второй этаж, где располагалась такая же крошечная комната. У стен стояли две простые кровати, между ними висела наполовину задернутая занавеска. Чэмпион откинул занавеску. За ней оказалось окно. Легкая деревянная ставня болталась на ветру. Он покачал головой, отложил меч и закрыл ставню. Руперт угрюмо поглядел на кровати: казалось, их только что разобрали, но не успели лечь. Он подумал было заглянуть под них, но они были слишком низкие, чтобы под ними можно было что-нибудь спрятать, кроме ночного горшка. Руперт поднял фонарь и осмотрелся. Нечто, лежавшее на дальней кровати, привлекло его внимание. Он подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть. Это была детская игрушка: старая, порванная, тряпичная кукла с грубо размалеванным лицом. Руперт сунул меч в ножны и поднял куклу.
– Сэр Чэмпион, взгляните!
Чэмпион внимательно рассмотрел куклу и помрачнел.
– Прошло много времени с тех пор, как ребенок лежал в постели.
– Правильно. Но тогда где же девочка?
Чэмпион пожал плечами:
– Наверное, с родителями. Что бы тут ни произошло, я бы сказал, что они ушли вместе и по собственной воле. В доме не видно следов насилия.
– Гоблин говорил, что в Медный город наведывались демоны, – угрюмо произнес Руперт.
– Все знают, что гоблины частенько врут, – сказал Чэмпион.
Руперт поглядел на куклу, которую держал в руке, потом сунул ее себе под камзол и направился к лестнице.
