В этот момент в зал вбежал военный, запыхавшийся и весь потный. Что-то начал на их языке объяснять Мехмеду. Лицо паши вытягивалось. На меня бросали злобные взгляды, пока я тихо-мирно сидел и никого не трогал. Турок убрал свою магию. Ну вот, другое дело, наконец-то мы сможем нормально поговорить. А то решил меня запугать…
Выглядело довольно глупо. Вроде бы на нас хотели напасть, но в какой-то момент остановились. В таком состоянии мы и зависли, пока докладывали об изменениях в расстановке сил.
Взмах руки паши, и военные снова ушли в тень. Светов смотрел на меня и не понимал, что ему делать. Уже который раз все накаляется до предела, а потом отпускает. Но больше всего меня смущала Карина — девушка вела себя крайне отстраненно.
Возможно, это последствия того, что она пережила в последнее время, а может… Да нет! Я проверил ее и на управление голосом бога, и кровь. Скорее всего, просто дурит.
— Ну? — уже не сдержался. — Что делаем? Подыхаем дружно или поговорим?
Мехмед чуть слюной от возмущения не подавился. Решил показать себя упертым и весьма простым. Не хочу в подковерные игры играть, пусть не лучший образ для князя Великой Русской империи, но все же…
Хлопок. Слуги принесли новый стол, на этот раз немного поменьше и белый. Снова уселись. Турок сжимал зубы и сверлил меня взглядом. Степан от напряжения опять сломал ручки стула. Вот же дылда-переросток.
— Борис Иванович, — начал чуть мягче паша. — Я готов пойти на некоторые уступки, но то, что вы сказали… Это немыслимо, дерзко, и мой султан никогда не согласится на такие условия.
— Да? — почесал щеку. — Жаль… Будем биться насмерть, а там, глядишь, начнут прислушиваться к выгодному предложению, — достало, махнул рукой. — Мехмед Али-паша, давай начистоту? Вы приперлись в мою страну, по факту объявили войну, а потом с позором бежали. И тут я не хочу тебя или кого-то ткнуть, просто констатирую факты. Когда вы познакомились с воплощениями, поняли: планы накрылись медным тазом. Наверное, там уже напредставляли себе всякого?.. Вот реальность — я злой. Десять тысяч прошли через мои земли, которые я готов сдать в аренду, и проникли к вам на территорию. Ждут команды, и тогда тут будет большое кладбище. Поэтому хватит мне голову делать, ты сам понимаешь, в каком вы положении. Давай реально мыслить.
Светов чуть сознание не потерял от моей дерзости при великом Мехмеде. Турок опустил глаза и что-то бубнил себе в ладошки. Молится, что ли? Я пожал плечами: может, у них так принято перед принятием решений.
— Клочок земли нам нужен. Ты прав, князь, — кивнул паша. — Поэтому я согласен тебе выплатить сто миллионов, получить его на год и вернуть за остальное время.
— Вот, другое дело, — улыбнулся в ответ. — Но там предложение идет в совокупности со стеной и охраной границы. Без этого будем воевать. Поверь мне, и так иду на уступки. Где это видано, чтобы, одержав победу, еще и земли отдавали?
— Согласен! — кивнул турок. Насчет… — сделал паузу мужик. — Миллиарда в месяц. Это крайне много за то, чтобы…
— Сколько стоит вырастить, обучить солдата? — перебил я.
— Что? — удивился он, но задумался. — Если в вашей валюте, то где-то пятьдесят тысяч. Все зависит от умений, наличия магии и кучи других факторов.
— Вот, это минимум. Сколько солдат тут у тебя? Двести тысяч, ты говорил? Подохнут все до одного, и это тебе встанет в десять раз дороже. Причем только здесь. Как только воплощения хорошо покушают, полные сил, двинутся дальше. Вот и считай дальше сам. Спасешь свою армию, не ударишь в грязь лицом перед хозяином, и денег хватит на десять месяцев. Подумаешь, что да как. Уверен, твой султан захочет дружить.
— Такое обсуждается с императором! — вклинился паша.
— Тут такое дело… — посмотрел я на красивый потолок. — Воплощения подчиняются мне и девушке, которая надавала вам по жопке. Поэтому и разговаривать нужно со мной, это мое предложение.
— Решил подмять власть под себя? — оскалился турок.
Думай, как хочешь. На то и расчет: пока соберешь государей, усадишь и они договорятся, народ уже помрет. Да и у меня есть планы, чтобы против не пошла ни одна из сторон.
— Кто знает… — дал многозначительный ответ.
— Предлагаю вот что: дам тебе сто миллионов. Я подписать договор о ненападении не могу, да и нет у меня тут таких денег. Свяжусь с султаном Османом и передам ему твои слова. Если мой султан согласится, пришлет документ и деньги, оставайся у меня дома как гость, твои люди тоже. Только девушка будет спать с тобой. Уж прости, у нас строгие правила, — говорил турок доброжелательно и улыбаясь.
Крючок он заглотил. Думает, раз я не такой преданный своей стране, то со мной можно иметь дело, если что, переманить на свою сторону. А силу воплощений они уже оценили и не прочь иметь ее в своем распоряжении.
— Прошу, великий князь! — встал со стула паша и указал направление. К нам приблизились слуги. — Не переживайте, ваши комнаты будут рядом.
