Такой же артефакторный нож, которым меня проткнули. Нужно не забыть забрать первый и мое кольцо. Помимо револьверов у меня все больше возможностей кончить учителя и Дисшара. Вытащил все что было в кольце и положил рядом с собой.
Как только зелье лечения коснулось губ, все тело передернуло от предвкушения. Теплая жидкость, чуть сладковатая. Погонял ее во рту, чтобы распробовать вкус, будто это дорогой коньяк или вино.
Сделал глоток. Тепло разошлось по пищеводу и попало в желудок. Я сделал вдох и задержал дыхание, потому что следом пришла боль. Хорошо же Резников покопался во мне… Тварь!
Лежал и, скрипя зубами, пил то лечилку, то восстановление магии. Когда осталась половина от запасов, сделал паузу. Чувствую ноги и могу их нормально согнуть — блаженство… А еще и левую руку. Как, оказывается, мало нужно человеку для счастья…
Садиться пока не решился. Вылил зелье на отсутствующий палец и живот.
— Су-ка! — прошипел от массы удовольствия, что охватили мое сознание с новой силой.
Продолжил самолечение. Старался поторапливаться, чтобы успеть ко встрече с доктором. А вот и мой организм подключился к работе. Я присел и осмотрел свой живот. Ужасный шрам от груди до низа никуда не уходил. Судя по гладкой коже, разрез зажил, и можно не бояться, что что-то вывалится. Меня словно топором резали, шрам кривой.
— Восстановись! — приказал себе голосом бога, чтобы ускорить процесс.
В какой-то момент моя способность видеть в темноте вернулась. Да и остальные чувства заработали на полную катушку, когда я пришел в себя после критического повреждения тела.
Сквозь тьму проступали контуры грубых стен из глыб камня, будто они были вырезаны прямо из недр земли столетия назад. Ледяной влажный воздух наполнял пещеру, заставляя мою кожу ощущать дрожь от холода. На лицо упала капля воды, которые медленно стекали с потолка. Падение жидкости продолжилось, создавая монотонный ритм, звучащий, словно тоскливый напев, в пустоте.
Самое время заняться лежащей рядом спящей красавицей. Взял оставшиеся лечилки и восстановление магии и напоил девушку. Парочку потратил на ее голову, которую аккуратно поднял.
Карина давилась жидкостью, но я со всей присущей мне нежностью продолжал помогать девушке прийти в сознание, чтобы «поговорить». Положил ее на свои колени и поправил волосы. Красивая засранка, но глупая и дурная.
Остатки использовал на раны груди, которые я нечаянно нанес. Она стонала, дыхание и пульс становились ровными. И вот он, долгожданный момент. Карина открыла глаза, не понимая, где находится и что происходит.
Девушка дернулась, но я крепко держал ее в своих объятиях с улыбкой на устах. Как же я долго этого ждал…
— Тише. Это я, — произнес мягким голосом.
— Бо-рис? — ответила она сипло. — Ты… Я… Ты меня нашел? Спас?
— Конечно… — погладил ее по лицу. — Чего?! — удивился вопросам. Неужели она дурочкой стала, как и говорил Резников.
— Я думала, меня убьют! А ты… — на ее глазах появились слезы, что стекли по щекам. Вот только я не собирался поддаваться на манипуляцию и ложь, той что хотела меня убить.
— Заткнулась! — прервал девушку. — Сейчас ты ответишь за свою глупость и все, что сделала. За массу моих приятных впечатлений! — оскалился я, пока тело в моих руках задрожало. — Не нужно было предавать меня… Не нужно!
Девушка дрожала.
— Борис, о чем ты? Я тебя… — почти плача, отвечала она.
— Карина, хватит мне тут сцены закатывать, — устало выдохнул я.
— Но…
— Лучше замолчи. Честно! — не выводи, и так еле держусь.
Решил все-таки убедиться, что у нее с головкой все хорошо. Это, конечно, ничего не поменяет, но все же…
— Когда ты говорила с моим учителем? — спросил я голосом бога. — Какие у него планы? Дисшар был с ним? Другой посланник?
— Я… Я… не понимаю, о чем ты, — рыдая, противостояла она.
— Сука! Ты издеваешься? Когда очнулась после того, как Рафаэль покинул твое тело, что было дальше?
— Ничего! Я не… Не было! — всхлипнула девушка. — Меня похитили, когда мы летели с Варварой и Давидом. Это все, что я знаю. У меня очень болит голова.
— А как же стать героем? Убить воплощения? Вернуться в Галтею? — продолжал я давить.
— Зачем? Я же ушла оттуда! За тобой…
Положил девушку и поднялся. Кровь кипела, начал ходить по камере. Твою мать! Это как так?.. Сука! Пнул стену. Лучше бы дурой стала, чем так.
Вот что мне делать? Красавица потеряла память. Последнее, что она помнит — это то, как ее похитил Рафаэль в Новгороде. И все. Болезненные опыты и переживания, которые заставили ее пойти против меня, отсутствуют.
— Борис, что, черт возьми, происходит? — наконец-то Карина начала успокаиваться.
— Молчи!
Как ей вернуть долг, если она ни хрена не помнит и для себя красавица и молодец? А в жопу!
Расположился рядом и начал рассказывать все, что произошло. Кое-какие детали упустил, но восстановил ей всю картину до этого момента. Карина слушала меня молча.
