Через пару минут раздался оглушающий вой сирены Шварца — ромперы на радаре бросились в рассыпную, но они не понимали, что с двух сторон были тупики, а в последней к ним летели на другом глайдере. Глайдер Курта подпрыгнул на холме и устремился вниз к стае ромперов. Едва завидев птиц, ящер врубил сирену на панели глайдера. Толпа испуганных существ развернулась в противоположную сторону и бросилась наутёк. Ларри прищурился из-за плеча Курта и немного оторопел — вблизи эти ромперы оказались куда больше, нежели в виде 3д модельки на столе. Каждый ромпер был размером не меньше, чем свинья на свинокомплексе. Шварц говорил, что в каждой птице содержится не менее семи килограмм мяса. Передние лапы были толще бедра Ларри, с острыми птичьими когтями на конце. Грудь ромпера походила на огромный мясной мешок — только этой частью можно было накормить целое семейство из 5–7 человек!
Глайдеры гнали стадо в ловушку — уже виднелось пересечение скальной породы с речкой. Десятки отметок на радаре сбивались в кучу, и тогда Курт приказал:
— Шварц — сети! Ларри — ищи матриарха ромперов и вырубай ей зрение!
Берсерк тут же выстрелил из носа глайдера двумя сетями, обхватывая сразу треть стада. Глупые птицы от страха начали дергаться в разные стороны, чем запутывали себя ещё сильнее. Часть ромперов попрыгало в реку от безысходности — быстрое течение реки подхватывало их тела и уносило прочь от места охоты. Следом выстрелил Курт — ещё две сети накинулись на оставшихся животных. Ларри всё высматривал матриарха ромперов, но никак не мог понять, кто из них ею является. Жуткие птицы казались одинаковыми, а во время езды взгляд расфокусировался, не давая рассмотреть оставшееся стадо в подробностях.
Шварц и Курт затормозили перед пойманными ромперами, пропуская уцелевших от греха подальше. Никто с глайдеров не слазил, ибо это было опасно для жизни. Громкая поступь птиц по земле ощущалась даже в воздухе — они могли спокойно растоптать самих охотников. Весили ромперы добрую сотню килограмм каждый. Отряд охотников проводил взглядом убегающих тварей, и только потом ящер с берсерком спустились на землю. Один только Князев остался в седле — он высматривал самого крупного ромпера.
— Охо! А теперь — самая неприятная часть! — Весело сказал Шварц, разминаясь с копьём в руке.
— Вы что собрались делать? — Поинтересовался Ларри, не отрывая взгляда от убегающего стада.
— Не ВЫ, а МЫ! — Подчеркнул берсерк, — Я этих демонов в перьях не повезу живьём — мне мои конечности дороги! Зацени, рыбка!
Князев повернулся, и застал любопытное зрелище: Шварц оторвал небольшую палку с куста возле реки, и поднёс к ромперам в сетках. Он даже их не коснулся, как птицы начали агрессивно клевать и царапать палку. Они сточили её за пару секунд, только щепки летели в разные стороны.
— Полагаю, их всех надо перебить? — Скривился Ларри.
— Конечно! Не в карты же с ними играть? — Рассмеялся Шварц, — Так что бери свой нож — и разделывай ромперов! Бить лучше всего в голову, а то они очень живучие! Даже опытный охотник не попадёт в их сердце с первого раза. Ты вообще слушаешь меня?! — Возмутился берсерк, когда увидел Ларри, смотрящего в сторону кустов.
— Тихо! — Сказал Князев, показывая в сторону кустов, — Я разглядел в зарослях что-то непонятное…
— Где? — Курт начал смотреть в указанную сторону, но так ничего не увидел. Из-за страшно кричащих в сетях ромперов, создающих облако пыли, никто сразу и не заметил матриарха птиц. Она затаилась среди густых веток, и заметить животное можно было только когда птица редко вертела головой. Князев вооружился ножом, сделал манящий жест на огромного ромпера, и тут начался чистый хаос: она взвизгнула от неожиданной потери зрения, заверещала как убитая и ломанулась вслепую прямо на Ларри. На него, потому что смотрела в его сторону в момент потери зрения. И тут Князев испугался не на шутку — на него летела слепая стокилограммовая туша в перьях.
— Беги, Илларион, беги! — Истошно завопил Курт, кинувшись к глайдеру за своим арбалетом. Шварц, инстинктивно, метнул в матриарха ромперов копьём, но неудачно попал между лап. Ларри «рыбкой» отпрыгнул в сторону с пути бешеной твари в последний момент.
— Зараза! — С досадой сказал берсерк и призвал выпущенное копьё обратно в руку. Теперь было понятно, почему оно называлось «авто-копьё».
