Восхода не будет полностью

Дарья (не поняв из рассказа отца ни единого слова). А как определить: появилась в бетонном перекрытии трещина или нет? (Тоже осушает кружку.) Вдруг мы сидим прямо под ней.

Ксения. Тогда бы никому из нас не суждено было проснуться.

Андрей (последовав примеру дочерей). Неужели вы думаете, что я об этом не позаботился? (Отставляет кружку в сторону, тянется к рюкзаку и достает из другого бокового кармана желто-черный металлический прибор с небольшим цифровым дисплеем.) Пусть радиацию нельзя увидеть или пощупать, зато ее уровень можно легко измерить.

Ксения. Точно! Ты же вчера весь вечер с ним проходил!

Дарья. Ага! Он еще щелкал по-странному. То быстро, то медленно.

Андрей. Щелчки издает счетчик Гейгера, состоящий из металлического цилиндра, заполненного разреженным газом, и тонкой проволоки, натянутой вдоль оси. Проволока служит анодом, а корпус цилиндра – катодом. Когда радиоактивные частицы проходят через слой газа, они выбивают из его атомов электроны. Электрическое поле между анодом и катодом ускоряет движение этих электронов, заставляя их выбивать вторичные электроны, и так происходит до тех пор, пока внутри цилиндра не проскакивает разряд, воспринимаемый нами как щелчок. Сколько разрядов за секунду проскочило, столько радиоактивных частиц попало на стенки цилиндра.

Ксения. Получается, чем чаще звучат щелчки, тем выше уровень радиации?

Андрей. Да.

Дарья (осененная внезапной догадкой). Ах вот почему мы один раз резко остановились и пошли назад! Впереди нас ждала невидимая смерть!

Андрей. Совершенно верно, крошка. (Включает прибор, дабы продемонстрировать его работу.) В тот момент на дисплее моего радиометра появилось значение – десять микрозивертов в час, что эквивалентно одной тысячной доле рентгена в час.

Ксения. Это много?

Андрей. Не так, чтобы мгновенно умереть, но достаточно, чтобы возникла вероятность развития рака.

Ксения (ужаснувшись). А чему равняется нормальный уровень радиации?

Андрей. Обычный радиационный фон Земли, которому люди подвергаются ежедневно, составляет порядка двух десятых микрозиверта. (Запинается.) Точнее, подвергались. (Опять запинается.) Перед ядерной войной.

Ксения (посмотрев на дисплей и опять ужаснувшись). Сейчас твой радиометр показывает четыре десятых.

Андрей. Я же говорил – радиоактивная пыль обладает свойством проникать куда угодно. Наверное, она просачивается сквозь стыки бетонных перекрытий. Или наверху настолько мощное излучение, что ему хватает сил пройти прямо сквозь них. (Пауза.) Пусть и частично. (Долгая пауза.) Как раз для таких случаев у меня имеется еще одно средство измерения радиации.

Ксения. Покажешь?

Андрей. Разумеется. (Снимает с шеи предмет, похожий на авторучку, и передает его дочери.) Это дозиметр, фиксирующий накопленную дозу радиации за определенный промежуток времени. Пока мы ничего серьезного не накопили, так что можно расслабиться.

Ксения. Почему ты вчера им не пользовался?

Андрей. Им не надо пользоваться. (Вешает дозиметр обратно на шею.) По достижении критической отметки раздастся звуковой сигнал.

Ксения. Надеюсь никогда его не услышать.

Потеряв к беседе всяческий интерес, Дарья заглядывает внутрь своей джинсовой сумочки и вынимает наружу зайчика.

Дарья. Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы. Ехал поезд запоздалый. Рассыпал зерно. И прямо на полотно.

Андрей. Наряду с этим внутри теплосети нас могут подстерегать другие не менее страшные сюрпризы.

Ксения. Что может быть хуже радиации?

Андрей. Выжившие люди, забравшиеся сюда без съестных припасов. Не пройдет и недели, как они одичают, и тогда мы станем для них лакомой добычей. Причем в буквальном смысле слова, потому что, дойдя до ручки, человек способен на самые гнусные поступки.

Дарья. Пришли куры, поклевали. Пришли гуси, пощипали. Прошел слон. Прошла слониха. Проскакала мать зайчиха.

Ксения. Ты ведь дашь им отпор?

Андрей. Конечно! Но если со мной что-нибудь случится, тебе необходимо кое-что знать.

Ксения. Внимательно слушаю.

Дарья. Пришел дворник. Все подмел. Поставил дворник стол. И печатную машинку, чтоб печатать под копирку. Привет, дочка! Пших… точка! Пришли носочки! Пших… точка!