— Ты сделала свой выбор, Елена, — произнес он. — Уверен, Стефан ждет не дождется тебя.
Елена отодвинулась от него, когда Деймон, казалось, хотел положить её руки ей на колени.
— Стефану тоже не всё равно, — молвила она ему. — Я люблю его, но и ты мне нужен. Ты нужен нам обоим.
Деймон скривился в усмешке.
— О, да ты не можешь не получать всё то, что захочешь, принцесса, не так ли? — спросил он, придавая своим словам нотку глумления.
— Я уже сказал Стефану, что с меня хватит.
Она вновь взглянула на него и попробовала снова увидеть его ауру.
Использование такого большого количества своей новой Силы за сегодняшний день было подобно напряжению мышц, о которых она не знала. Когда ей удалось сделать это ещё раз, она вздрогнула:
Аура Деймона становилась темнее, во время их разговора, и сейчас она была неистово серой с порциями красного и черного, — густая зловещая завеса вокруг него.
Синий был поглощен более темные оттенками.
— Я могу видеть твою ауру, Деймон, — произнесла она.
— Сейчас у меня есть Сила, — Деймон нахмурился. — Твоя аура, она вся темная, но в тебе всё ещё живет что-то хорошее.
Конечно, оно должно быть.
Она не знала, могла ли прочесть это в его ауре — она еще недостаточно знала о аурах; она должна была научиться, но она знала Деймона.
Личностью он был трудной, эгоистичной и переменчивой, но в нём всегда жило добро.
— Прошу, вернись обратно к нам.
Деймон отвернулся от неё, устремив взгляд куда-то в темень, где Елена ничего не могла разглядеть.
Опустившись на колени рядом с бревном, Елена положила руки ему на щеки и повернула его лицом к себе.
Земля замерзала и камень вонзался ей в ногу, но это не имело значения.
— Пожалуйста, Деймон, — повторила она.
— Ты совсем один на этой троне. Так не должно быть, — он молча смотрел на неё.
— Деймон, — молвила она, её глаза горели от боли.
— Прошу тебя.
Вампир резко поднялся, отталкивая девушку, которая, потеряв равновесие, упала спиной на твердую землю.
Встав, Елена отряхнула одежду и взяла фонарик.
— Ладно, — сказала она. — Я уйду, если так тебе угодно. Но послушай меня, — она приложила усилия, чтобы снова смягчить свой голос.
— Не делай того, о чем будешь сожалеть, не смотря на то, как зол на меня. Мы будем ждать тебя, когда ты будешь готов. Мы любим тебя. Стефан и я любим тебя, оба. Может, ты ждешь от меня вовсе не такой заботы, но она хоть чего-то, но стоит.
Глаза Деймона вновь заблестели в свете фонаря.
Она подумала, что он собирается что-то сказать, но он только пристально смотрит на нее, его лицо жесткое и дерзкое.
Нечего было сказать, правда нечего.
— Прощай, Деймон, — произнесла девушка и отступила на пару шагов назад, чтобы найти выход из леса.
Её грудь переполнял огромный поток слез, и ей нужно вернутся домой, прежде чем всё это накроет её с головой. Если прямо сейчас она начнет плакать, то, пожалуй, уже никогда не остановится.
«Дорогой Дневник,
Я не могу перестать беспокоится о Деймоне.
Мередит и Бонни отправились в горы, в погоне за этим проклятым белым ясенем, так что в нашей комнате слишком тихо.
Когда я одна здесь, пустое пространство заполняют мысли о том, каким злым и далеким казался Деймон, когда я нашла его в лесу прошлой ночью.
Его аура была настолько темной, что это напугало меня.
Я ещё не рассказала Стефану о том, что моя Сила привела меня к Деймону.
Как только мы останемся наедине, я хочу сказать ему, что я поняла все насчет секретов между нами.
Но Стефан так занят. Он взял в свои руки практически всё: тренировки с Мередит, исследования Аларика — и даже теперь, когда Зандер со всеми отправился в горы, Стефан не прекращает работу со Стаей.
Он решительно настроен защитить меня от Клауса, защитить всех нас.
Где бы Клаус ни был, его план работает — сейчас я будто на острие ножа.
Я знаю, что он хочет, чтобы я боялась. Он даже так и сказал мне, но я не могу перестать бояться каждой тени.
С каждым новым днем я боюсь всё больше и злюсь на себя всё больше: мне так не хочется следовать той дорогой, которую приберег для меня Клаус.
Но когда я со Стефаном, мы можем соскользнуть в наш внутренний мир.
Несмотря на опасность, подкравшуюся к ним, там было безопасно.
В объятьях Стефана меня окрыляет чувство, будто мы можем одолеть Клауса.
Иногда я задумываюсь о том, что мы смогли бы сделать вместе. Смогли бы спасти нас самих, спасти и Деймона, даже, если он не желает быть спасенным».
В комнате Елены послышался стук в дверь, и она спрятала дневник обратно под матрас, и побежала открывать Стефану.
Он был вместе с Паком большинство дней, с тех пор как Зандер и остальные ушли, и то, насколько она скучала по нему, впиталось, как только она наконец видела его.
Его кудрявые темные волосы висели над его лбом и на одном из его глаз была полоска засохшей грязи.
— Что это? — спросила Елена, слегка коснувшись этого пальцем.
Стефан поморщился.
— Очевидно, когда Стая кого-то принимает, она старается сбить его с ног, — сказал он ей.
— Шей толкнула меня в кустарник.
