С тех пор как Перрина определили в подмастерья к мастеру Лухану, он виделся с родными только по праздникам. Слишком далеко от деревни они жили, да и свободного времени оставалось немного. Если Белоплащники охотятся за семейством Айбара, найти их будет нетрудно. Накроют всех разом. И поэтому он должен думать вовсе не о каком-то Губителе. Прежде всего он обязан защитить родных — и, само собой, Фэйли. После этого можно будет подумать о деревне и о волках, а уж под конец заняться Губителем.
Но разве одному человеку под силу со всем этим управиться?
Почва в Западном Лесу была каменистой, а потому здесь редко расчищали и возделывали поля. Перрин еще мальчишкой исходил эти края вдоль и поперек — когда с Рандом и Мэтом, когда один. Он охотился с луком или пращой, расставлял силки на кроликов, а то и просто блуждал по зарослям. На деревьях цокали белки с пушистыми хвостами, заливались трелями крапчатые дрозды, которых передразнивали чернокрылые пересмешники, из-под копыт вылетали перепелки с темно-синими спинками — все указывало на то, что дом близок. Даже запах земли под копытами лошадей был знаком.
Перрин мог бы направиться прямо в Эмондов Луг, но предпочел забрать на север и двигаться лесом, пока не пересек Карьерную Дорогу. Косые лучи солнца уже золотили верхушки деревьев. Никто не знал, почему этот тракт называли Карьерной Дорогой, он и на дорогу-то походил мало. Весь зарос, и лишь изредка можно было заметить остатки мощения. Однако кое-где сохранилась глубокие колеи, выбитые невесть когда колесами бесчисленных подвод и фургонов. Возможно, некогда эта дорога вела к карьеру, где давным-давно добывали камень для Манетерена.
Ферма, куда Перрин решил заехать в первую очередь, находилась неподалеку от тракта и была отделена от дороги длинными рядами яблоневых и грушевых деревьев. Но Перрин учуял ее, прежде чем увидел. Учуял и запах гари — давний, но даже минувший год не приглушил его. Он попридержал повод у кромки деревьев и не сразу решился подъехать к ферме — к бывшей ферме ал'Торов. Уцелела лишь каменная ограда овечьего загона. Ворота были распахнуты и висели на одной петле. Одиноко торчавшая закопченная печная труба отбрасывала косую тень на обгоревшие балки. На месте овинов, амбаров и сарая для сушки табачного листа было пепелище. Табачное поле и огород заросли сорняками.
Перрину и в голову не пришло наложить на лук стрелу. Пожар случился несколько недель назад, прошедшие дожди уже сгладили поверхность обгоревших бревен. Удушую требовалось около месяца, чтобы достичь такой высоты, а тут его побеги уже оплели валявшиеся рядом с полем плуг и борону. Из-под узких, бледных листьев виднелась ржавчина.
Гаул и Девы, держа копья наготове, внимательно осмотрели обгоревшие развалины. Выбравшись из руин дома, Байн посмотрела на Перрина и покачала головой. Значит, во всяком случае Там ал'Тор в огне не погиб.
Ранд, Ранд. Они знают. Знают! Ты должен был явиться сюда сам!
Перрин с трудом сдержал желание пришпорить Ходока и галопом помчаться на свою ферму. Но он попросту загнал бы коня. А ведь неизвестно, кто именно разорил хозяйство ал'Торов. Если это работа троллоков, то вполне возможно, что его родные спокойно трудятся на своих полях. Он повел носом, но ничего не учуял — гарь перебивала все другие запахи. Подошел Гаул:
— Перрин, те, кто это сделал, кто бы они ни были, давно ушли. Они убили нескольких овец, а остальные разбежались. Потом, через некоторое время, пришли другие люди, собрали отару и отогнали на север. Кажется, их было двое, но точно не скажу — следы старые и сохранились плохо.
— А есть у тебя догадки, кто это сделал?
Гаул покачал головой.
Может, это все-таки были троллоки? — подумал Перрин. Странно, конечно, желать такого. И глупо. Белоплащники знают его имя, и имя Ранда, скорее всего, тоже. Они знают мое имя! Он окинул взглядом пепелище, и сжимавшая поводья рука дрогнула. Ходок двинулся вперед.
Лойал спешился возле фруктовых деревьев, его косматая голова касалась нижних ветвей. Фэйли поравнялась с Перрином и некоторое время молча ехала рядом, изучая его лицо.
— Это… Ты знаешь, кто тут жил?
— Ранд. И его отец.
— Ох, а я уж подумала… — Девушка не договорила, но в ее голосе прозвучали облегчение и сочувствие, позволявшие понять, что она хотела сказать. — А твоя семья живет поблизости?
— Нет, — отрезал он, и девушка отшатнулась, словно от удара, но не отъехала в сторону, а по-прежнему смотрела и ждала. И как ему отослать ее подальше? Он ведь и так сделал все, что в его силах.
Солнце уже опускалось на верхушки деревьев, и тени удлинились. Натянув повод, Перрин развернул Ходока, грубо повернувшись к Фэйли спиной.
— Гаул, на ночь придется разбить лагерь где-нибудь неподалеку. Рано поутру я намерен двинуться в путь. — Он украдкой бросил взгляд через плечо — Фэйли, напряженно держась в седле, ехала назад, к Лойалу.
